Поиски утраченного завтра

А тут, как-никак, мальчик был в моей квартире и под моей защитой!

И я еще над ним посмеялся вечером, и он хорошо так ответил, живенько, с эмоциями…

Я опустил ладони на тонкую вздрагивающую шейку и пережал артерии. Может, всего на несколько секунд сократил мучения, но все же стало полегче на душе. Мертвый Святослав выглядел совсем маленьким и беспомощным: ручки тоненькие, ножки тоненькие, повсюду кровь и кишки…

Сволочи. Кто-то сильно пожалеет.

Я взял со стула аккуратно сложенную детскую тельняшку и вытер с себя свою и чужую кровь. Кожа в том месте, где грудь прожег кумулятивный заряд, чесалась.

Один врач объяснил мне, что это нервное, потому что организм пытается хоть как-то объяснить себе происходящее.

Выйдя из спальни, я огляделся.

Нет, ничего еще не закончилось. Помимо троицы хро, ко мне проник кто-то еще. Затаился?

В гостиной было тихо. Даже Васька не проснулась…

И тут мне стало совсем уж грустно и обидно. Я быстро подошел к дивану, наклонился.

Волосы у Василисы блестели не от душа. Лицо у нее осунулось, но стало неестественно влажным. Я откинул плед.

Ну да. От колен и до самой шеи девушка ссохлась, превратилась в мумию.

– Слушай, гаденыш, – сказал я негромко. – Ты же понял, кто я? Тебе конец.

В гостиной было тихо. Никто не вопил от ужаса, никто не подкрадывался ко мне. Вообще я чувствовал, что опасность, поднявшая меня с постели, отступает.

На меня заказа не было, убийца Василисы уходил.

Я стоял, озираясь, постукивая кончиком рапиры по полу. Ждал.

И увидел, как полупрозрачная тень скользнула к трубе водовода, прижалась к ней – и исчезла, просочившись внутрь.

– Свет! – крикнул я, бросаясь к трубе.

 – По руке!

Лампы в гостиной послушно вспыхнули, высвечивая трубу, на которую я направил руку.

Я успел увидеть, как в бурлящем водном потоке мелькнуло что-то вроде облачка мути – и исчезло.

В Слаживании сотни разумных и околоразумных форм жизни. Я встретился с какой-то новой и незнакомой для меня.

Голова слегка заныла от активирующихся цепочек памяти. Но это уже не играло роли, убийца ушел. Сейчас он выльется из крана в одной из квартир или скользнет по обратке в магистральный водовод и унесется прочь из города.

Что это за форма жизни?

Как он прошел сквозь трубу?

Я осмотрел толстенный пластиковый цилиндр. В одном месте поверхность стала шершавой и чуть-чуть влажной. Видимо, здесь он и просочился – вначале из трубы, потом обратно.

Налив себе полстакана дешевого бренди – несмотря на гордые надписи, это был очень посредственный синтез «Мартеля», – я выпил алкоголь залпом. И сел в одно из кресел, не пострадавших во время бойни.

Я был унижен, растоптан и кипел от ярости.