Адвокат с Эльтона

Пока она устраивала постель, я покопался в настройках отопительной системы, выставляя обогрев помещения на максимум. Холодало. Пески М-14 плохо хранили тепло звезды, остывая после захода местного светила за считанные минуты. Днём здесь было отвратительно жарко и душно, а ночью — чересчур холодно. Дрянная планета для проживания.

Элиза натянула толстовку поверх платья, лосины, синтетические термоноски и легла поближе к стенке. Косички, которые она заплетала, чтобы волосы не мешались при уборке и готовке, девушка, наоборот, распустила. Я неторопливо забрался по металлическим перекладинам и улёгся рядом, не касаясь полумиттарки, но вслушиваясь в её дыхание.

Она не спала, хотя тщательно пыталась притвориться спящей. Я так сильно напугал её поцелуем? Или залезла на спальную полку, потому что я предложил?

— Лиз, если ты не привыкла ложиться так рано, то можешь спуститься по лестнице и заняться делами на кухне… или почитать, там…

— Да нет, ты абсолютно прав, Эрик. Завтра тяжёлый день, и не только у тебя, но и у меня тоже. Надо будет перед заездом отмыть все платформы… Давай спать. Ик!

Я бы не обратил внимания на икоту, если бы девушка ровно через десять секунд не икнула ещё раз.

А потом ещё. И ещё…

— Прости. — Лиз перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. — Ик! Проклятые астероиды… Это из-за миттарской крови. У всех миттаров двойная система дыхания, и… ик… икота — переход от лёгочного дыхания к жаберному и обратно.

Я с интересом приподнялся на локте, рассматривая гладкую шею девушки.

— Но у тебя же нет жабр, — произнёс очевидное.

— Нет, — произнесла Лиз и мученически застонала от очередного характерного спазма. — А икота есть.

— Так, — сказал я, решительно приподнимаясь и подтягивая девушку к себе.

— Не знаю, от чего там бывает икота у миттаров, но у простых смертных с обыкновенными лёгкими она возникает тогда, когда они замерзают. Иди сюда, и хватит уже сопротивляться. В этом нет ничего постыдного!

Стоило мне обнять Элизу и чуть ли не силой прижать её к груди, как она затихла, а икота исчезла.

Толстовка на Лиз была настолько объёмной, что складывалось ощущение, будто я прижимаю к себе не хрупкую девушку, а подушку, набитую ватой и пухом, от которой безумно вкусно пахнет… тортом.

Я уже засыпал, когда сквозь дрёму внезапно услышал голос любимой:

— Я же не глупая и всё понимаю, что так не бывает.

Обещай, что когда решишь быть с другой девушкой, то скажешь мне об этом. Заранее. Я сильная, я всё приму… Просто мне надо это знать. Что ты до конца будешь со мной честным.

— Вселенная, Лиз, что ты за ерунду несёшь? Спи давай.

— Нет, пообещай, пожалуйста.

Меня настойчиво потормошили за плечо.

Я услышал громкий вздох — кажется, Лиз так и не поверила в серьёзность моих намерений — а затем провалился в сон.