Механизм пространства

Первая попытка оказалась неудачной, но эти джентльмены упрямы, как сам дьявол. Ко мне на службу втирался некий прощелыга. Позже выяснилось – слуга лорда Джона Рассела. Так что меры секретности, предпринятые военным министерством Франции, необходимы и неизбежны…

Карно не нуждался в советах. Его уже убедили – или он сам себя убедил. Голос инженера звучал твердо. Но уверенности в нем могло быть и больше. Торвену казалось, что собеседник собирается с силами после каждой фразы. Лицо! Карно был старше на каких-то пару лет, а выглядел стариком. Глубокие морщины, рот запал, лоб в мелких бисеринках пота.

В молодости – неутомимый спортсмен, отменный фехтовальщик, бравый офицер… Неужели ему всего тридцать восемь?

– Что касается моих теоретических выкладок… Они, конечно же, будут обнародованы – в должное время. К сожалению, даже чистая теория способна помочь врагу. Поэтому я согласился с доводами правительства – и смирился с тяготами, связанными с моей безопасностью. Я – республиканец, мсье Торвен. Я – сын Лазаря Карно, Организатора Побед. Бурбонам служить я не хотел, поэтому и ушел в отставку. Но сейчас – иной расклад. Я не в восторге от Короля-Гражданина, однако наши аналитики предвидят большую войну в Европе. Предполагается, что в нее будут втянуты и Соединенные Штаты. Моя родина не должна остаться беззащитной. Меня уговорили вернуться на службу, и я согласился. Если вы патриот, вы поймете меня.

Лейтенант Торвен понимал капитана Карно. Жаль, что физик Карно не хотел понимать Зануду, помощника академика Эрстеда.

– Если вы правы, и Галуа действительно был убит… Тем больше оснований ускорить работу. Вы меня не слишком удивили, мсье Торвен. Все началось не с Галуа. Мой отец руководил расследованием убийства Филиппа Лебона, изобретателя…

Хозяин кабинета замялся, не закончив фразы. Таинственный Лебон так и остался изобретателем чего-то.

– К армии надо обращаться вовремя, тогда тебе обеспечат защиту. За предупреждение – спасибо. Передайте мою благодарность братьям Эрстедам. Они первые узнают, что мне удалось сконструировать. Но – позже.

Трость норовила скользнуть по гладкому, покрытому желтым воском паркету. Говорить больше не о чем, намекала трость. Пора уходить.

– Господин Карно! Речь идет не о гипотетической войне. Если вас убьют, все, сделанное вами, пойдет прахом. Бог с ним, с оружием. Напечатайте главное – ваши теоретические выкладки. Это обезопасит и вас, и науку…

– Вы повторяетесь, мсье Торвен! – лицо инженера исказила болезненная гримаса.

Зануда вздохнул: да, повторяюсь. Все повторяется! Галуа, теперь – Карно; раньше – какой-то Лебон. И ничего не сделаешь. Мы – патриоты!

– Умоляю, будьте осторожны…

Ответа он не дождался.

Нога-предательница зашлась болью посреди лестничного марша.