Ты меня предал (СИ)

А выше него есть люди, с которыми я очень сильно не хочу ссориться. Нынешние отношения гораздо эффективнее. Но я чужой, понятно, что при таком раскладе эти люди встанут не на мою сторону. А вот после свадьбы… да хер они мне что предъявят! Она возьмёт мою фамилию и войдёт в мою семью. Алихан перестанет иметь к ней отношение, и конфликт погаснет на стадии разговора и новых взаимовыгодных договорённостей. Не с отцом Иры, конечно. Его проще пристрелить. Да Рустам на меня обидится.

— Паша? — её прохладные пальчики касаются моей щеки. — Мне не надо было приезжать? — в голосе нерв.

Потом… все планы и решения потом. Выдох.

— Ерунды не говори, — прижимаюсь к мягким губам. Целую. Так вкусно и жарко. Соскучился очень. — Домой поедем сейчас, — еле оторвавшись от неё, веду костяшками пальцев по розовой щеке.

— Да, ко мне. Не здесь же сидеть. Покормить тебя надо, спать где-то уложить. Утром решим, что делать дальше.

Опасная такая затея, вести её домой. И туго натянутая ширинка тому отличное подтверждение. Незаметно для Иры поправляю стояк, чтобы не мешал ходить и сидеть.

На пару минут за комп. Закрываю вкладки и папки, обновляю на них пароли и выключаю систему. Ствол в кобуру, сверху куртку, личные вещи по карманам. Обнимаю Иру и вывожу из кабинета.

— А чем ты здесь занимаешься? — спрашивает она, разглядывая коридор, пока я запираю дверь.

— Выстраиваю максимально эффективные схемы охраны бизнеса одного хорошего человека, — выдаю ей официальную версию.

Спускаемся на первый этаж. Дежурный охранник делает вид, что не смотрит на нашу пару. Я его косой взгляд затылком чувствую. Оглядываюсь, он тут же отскакивает от окна.

Веду Иру на парковку для сотрудников. Здесь к ночи остаётся только моя тачка. Всегда на одном и том же месте. Помогаю ей устроиться и сажусь за руль.

По дороге заезжаем за готовой едой. У меня там пельмени, сосиски, сыр какой-то в холодильнике. Точно не то, чем стоит кормить свою невесту.

Кольцо в кармане чувствуется всё сильнее, а мозг бессовестно подкидывает мне всякое, чего делать с ведьмочкой пока нельзя. Наверное…

Но я опять как мальчишка. Влюблённый, голодный. Расслабляюсь и тискаю Иру в лифте, пока мы поднимаемся на этаж.

Она смущённая и безумно красивая. Прижимаю её к стене в прихожей и достаю из кармана обручалку.

— Я не романтик, Ир, поэтому… — беру руку за тонкое запястье, расправляю пальчики и надеваю драгоценный обруч на безымянный.

— Я так люблю тебя, — она очень открыто смотрит мне в глаза.

Так опасно, так уязвимо. Нельзя вытворять такое со взрослыми мальчиками! У нас мозг начинает утекать в трусы. И я жмусь к ней возбуждённым пахом с тихим, хриплым стоном целуя любимые губы.

Чувства к женщине — это определённо какая-то наркота. Причём она накачивает меня дозой. Вызывает привыкание.