Чехов. книга 9. Старое зеркало

Потому что был уверен, что Виноградова все слышит и может не оценить, что за ее спиной обсуждают ее смерть. Если она когда-нибудь пожелает, то расскажет обо всем сама. И коротко сообщил

— Мы не говорим о произошедшем.

— Она вам не рассказала, — догадалась Свиридова и ее глаза отчего-то сузились.

— Может поговорим о цели вашего визита, — я с трудом смог улыбнуться. — У меня был очень тяжелый день.

— Вы ведь отстранены от работы, — заметила гостья.

— Мне нельзя оказывать помощь адвоката. Но при этом никто не запрещает мне оставаться некромантом. И творить свои темные дела.

— Вы пытаетесь нагнать на меня жути, — Елена Анатольевна прошла в приемную и устроилась на диванчике. — Но я слишком хорошо помню, что произошло на той дороге, где вы встали между мной и тем страшным человеком.

— Если вы желаете поговорить об этом, то давайте сразу уточним: я сделал то, что посчитал правильным. Пусть некромантов считают темными, но мы не чудовища.

— Вы рисковали жизнью. Я далеко не слабая, Павел Филиппович. Но не смогла противостоять душегубу. Он убил бы меня. Если бы не вы.

— Давайте я окажу вам услугу. Знаю, что благодарить вы не умеете. И мы оба понимаем, что мне это совсем не нужно. Сделаем вид, что вы сказали «спасибо» и я был польщен. И ответил вам «пожалуйста».

Наверху что-то с грохотом упало. И мне показалось, что Любовь Федоровна уронила телевизор.

Глава 27 Солнечный зайчик

Пространство качнулось перед глазами, и я сосчитал до пяти прежде чем распахнул веки. Сухо произнес:

— Что за закон? Впервые о нем слышу.

Девушка вновь вздохнула.

— Он довольно старый, вы правы. Даже мне пришлось поискать и поспрашивать знающих людей.

— И как я полагаю, этот закон не использовался много лет, — предположил я, и Елена Анатольевна удивленно взглянула на меня:

— Странно, Павел Филиппович, что вы, сын судьи и адвокат с блестящей репутацией, не знаете о том, что если закон не был отменен, то он является действующим. Даже если он уже потерял свою актуальность.

Я попытался изобразить улыбку:

— Только в том случае, если к нему кто-то обращается. И я не понимаю, зачем вы решили о нем вспомнить, Елена Анатольевна. Вам это выгодно. Вот только какой вам от этого прок я никак не возьму в толк.

— Дело вовсе не в выгоде, — возмутилась гостья.

Ее лицо было честным. И я бы ей поверил, если бы не знал, кто именно сидит передо мной в кресле.

— Бросьте. Ни за что не поверю, что вы вдруг воспылали страстью к моей скромной персоне. Или что решили расторгнуть помолвку, которая для вас весьма выгодна…

От сказанного мной княжна едва заметно поморщилась. Свиридова быстро придала лицу прежнее выражение. Но я уже почуял, что напал на верный след, и подался вперед.

— Рассказывайте, что произошло, Елена Анатольевна. И не надо со мной играть.