Охота на Горностая

Но это же не повод не отметить?

Свадьба Карины и Никифора! Ясное дело, у них есть дела поважнее! Пятый день празднуют, половина Тайного Города на ушах, в «Ящеррице» три пьяные драки и две дуэли. «Хорошо погуляли» – характеризировал выдающееся событие епископ Гангрел, имевший счастье разнимать драку между семьями жениха и невесты.

– Ну, вообще-то…. – Николас потянулся, чтобы почесать затылок, наткнулся на шлем и опустил руку. – Я немного занят. Мне нужно в «Три Педали».

Николас торопливо проверил, на месте ли брелок, но о задании умолчал.

Не хватало ещё подвести Захара!

– Так давай там и встретимся! – с энтузиазмом подхватил Данил, которому уже явно было всё равно, где, что и каким образом отмечать. На заднем фоне прозвучал звон бьющейся посуды и восторженный вопль: – Опоздавшему штрафной!

Здравый смысл подсказывал, что ввязываться в новую пьянку до оплаты счёта за предыдущую, как минимум неблагоразумно, но метко упомянутый Захаром характер подбивал съездить.

«Я ненадолго, – пообещал себе Николас. – Отдам Мурцию брелок, выпью пива!»

– Идёт! – Он завёл мотор и выскочил из гаража на дорогу, подрезав возмущённо загудевший джип.

Чёрная машина вильнула в сторону и раздражённо замигала фарами. Масан коротко хохотнул и проскочил на красный, в последний момент избежав лобовой встречи со спортивной, весёленько-жёлтой «Ламборджини». Не будь реакция у Николаса поистине нечеловеческой, одним испугом водитель «Ламборджини» не отделался бы.

В «Трёх Педалях» транслировались гонки, и бар был забит под завязку. Как-никак, самое спортивное и азартное заведение Тайного Города.

В любое время дня и ночи тут можно было посмотреть гонки, забеги, заплывы, тараканьи бега и прочие соревнования, на какие было способно человское и не только воображение. Ну и, разумеется, сделать ставку. Семья ко́нцев, к которой принадлежал Мурций, славилась не только развлечениями и любвеобильностью. Деньги она тоже любила.

Вокруг кричали, свистели, гудели и пытались общаться представители всех семей Тайного Города. Расслышать во всём этом гомоне можно было разве что собственные мысли, да и то не факт. В данный момент масану казалось, что его мысли подпрыгивают в такт грохоту кулаков по столам.

Николас пробился к стойке и окликнул бармена. Строций сегодня был одет скромно. По меркам ко́нцев – вообще непритязательно и неинтересно: синие брюки, жёлтая рубашка и зелёный пиджак. Глянуть не на что!

– Строций! – ещё раз позвал масан, пытаясь отвлечь ко́нца от симпатичной феи. – Строций, к печенкам Спящего! Дело есть.

– Какое? – осведомился ко́нец, одновременно подмигивая совершенно другой блондинке.