Охота на Горностая

Судя по слаженности действий собутыльников, Ляпсус не первый раз порывался рассказать что-то занимательное.

Данил разлил по второй, все выпили, и дальше беседа потекла без осложнений, плавно свернув на последние сплетни. Фей больше интересовало новое платье Всеславы, шасов – его цена, масанов – сами феи, а Ляпсус с навом, склонившись друг к другу, обсуждали какой-то заковыристый манускрипт, недавно доставленный в Цитадель.

По крайней мере, это Николас помнил достаточно твёрдо. Ещё он помнил третью и четвёртую, традиционный тост за здоровье новобрачных, пьяную исповедь Ляпсуса про токсикоз Карины и грянувшие за этим свист и аплодисменты.

Помнил он и тост за Никифора… а дальше всё помнилось весьма смутно, и количество рюмок между «четвёртой» и «последней» масан не сосчитал бы и под страхом смерти. Или очередного выговора епископа.

В какой-то момент масан нашёл себя жалующимся незнакомому хвану на отказ красавицы феи то ли в прошлом, то ли в позапрошлом месяце. Это тоже вспоминалось смутно. Похоже, на феях они и сошлись.

Николас сфокусировал взгляд и удивлённо моргнул: деревья, кусты, даже цветёт что-то.

Следующий вопрос был весьма закономерным: «Где я?»

– В этом… – хван помахал верхней левой рукой, – парке.

– А что я здесь делаю?

Над этим вопросом хван думал дольше.

– Гуляешь? – неуверенно предположил он. И тут же споткнулся.

– Давно? – без особой надежды спросил масан.

Хван развёл руками – всеми четырьмя – и задумался. Потом почесал затылок верхней правой рукой, а нижней поддержал Николаса под локоть, едва не оторвав рукав рубашки.

– Не помню. А тебя хоть как зовут?

– Лёка, – представился хван.

Вот и познакомились.

И тут Николаса пронзила страшная догадка.

Он схватился за одежду и застонал – куртки, а вместе с ней и драгоценного брелка не было. Парень осел прямо на землю и застонал.

Хван икнул, выровнялся и, подцепив его двумя правыми руками за шиворот, поставил на ноги.

– Я артефакт потерял!

Выслушав горький рассказ, Лёка пожал плечами.

– Так давай найдём, – предложил пьяный, а потому мирный, доброжелательный и покладистый четырёхрукий.

– Где?! – Николас схватился за волосы в попытке выдрать их с корнем.

– Спокойно, – с непробиваемой уверенностью профессионального убийцы произнёс Лёка, опасно качнувшись взад-вперёд.

 – Начнём с самого простого.

За столиком в «Трёх Педалях» куртки не было. Пьяная компания разошлась, оставив лишь мирно спящего на диване Данила. Но куртки не было. Масан снова застонал.

– Ты это уже говорил, – проворчал Лёка, икнул и задумался. – А куда мы пошли отсюда? А! Вспомнил, я повёл тебя смотреть свой новый джип!

Джип был хорош, Николас и сам бы от такого не отказался. А вот куртки не было ни там, ни на стоящем рядом мотоцикле масана.