Перекресток трех дорог

 – Возьми меня… убей… только ее отпусти!

– Парень, ты здесь только наблюдатель… возможно, и ты проникнешься тоже силой ритуала… ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАТЬСЯ К СТАРЫМ БОГАМ! Полковник, пусть не ради себя, но ты вернешься к ним… Я заставлю тебя подчиниться, поклониться Великой Матери-Земле! Я когда-то тоже была поставлена перед подобным выбором. И… видишь, ничего плохого со мной не случилось. Даже наоборот. Я не просто спаслась. Моя жизнь кардинально изменилась. Так что решать сейчас тебе… Ты послужишь ей или будешь наблюдать, как вспыхнет маленький факел.

– Не трогай девочку. Сделаю все, что скажешь.

По тому, как Гущин это произнес, Клавдий Мамонтов понял… они проиграли.

Они проиграли Мачехе мертвых на ее поле.

Мать-Земля… он отказывался верить, что она так жестока и беспощадна.

Но самое страшное ждало их впереди.

– Бери нож, – приказала Мачеха мертвых.

Гущин наклонился и поднял с пола острый, как бритва, обсидиановый нож.

– Сам выберешь или выберу я?

– Что? – Он взвесил нож на руке. Он никогда не метал ножи… Да и было это бесполезно, она и в этом случае упала бы в лужу горючего и подожгла бы ее свечой.

– Из кого ее выбирать?

– А вот же они перед тобой. Твои напарники. – Мачеха мертвых глянула на Макара, затем на Клавдия Мамонтова. – И в это раз обойдемся без собак.

Полковник Гущин молчал. Он ощущал себя беспомощным. Он ощущал себя полностью в ее власти, она словно паучиха опутывала его липкой сетью гипнотизирующего тяжелого взгляда, больной непреклонной волей…

– Оба хороши, оба годятся, я еще тогда, в первый раз, это отметила. Красивы, как античные боги, молоды, сильны, полны надежд. – Она откровенно разглядывала их.

– Нужна тебе, психопатка, жертва, возьми меня, только отпусти мою дочь. – Макар снова двинулся вперед.

– Нет! – Она повысила властно голос. – Не ты, многодетный отец. У тебя еще двое маленьких… если что… будешь потом рассказывать им, как мы все жили-были во времена глобальной катастрофы… Как медленно сходили с ума… И вообще, можно ли в последние судные дни сохранить полностью душевное здоровье и не поддаться психозу? – Мачеха мертвых снова хрипло расхохоталась – смехом безумной. – Ты живи. Мать-Земля тебя отпускает. Милость ее да пребудет с тобой. Вон тот – другой. Злой. Который раздувает ноздри – так он меня ненавидит сейчас. И жаждет прикончить.

И она указала в сторону Клавдия Мамонтова.

– Никогда! – Макар сжал кулаки. – Моя дочь, и я сам отвечу, возьми меня.

Клавдий Мамонтов удержал его и выступил вперед.

– Сам решил, добровольно. – Мачеха мертвых с удовлетворением кивнула. – Прекрасно. Но у тебя все еще есть выбор – ОНА предоставляет его тебе.