Рай по завещанию

В своей каюте она упала на постель, проклиная усталость, вызвавшую такой странный наплыв чувств, потом нашла бутылку шерри, которую подарили Лаура и Дебора, налила порцию, достойную леди, и осушила рюмку.

Тепло блаженно разлилось по телу. Но когда она выпила третью рюмку, перед глазами замаячил образ: широкие плечи, мускулы, длинные ноги. И в груди вновь возникло тревожное чувство, разливающееся по телу, проникая в самые потаенные места. Иден в ужасе смотрела на бутылку, затем спрятала ее обратно в сундук, словно стекло жгло пальцы.

На следующее утро море успокоилось, взошло солнце, и Иден прошептала молитву благодарности.

Но Джеймс и все остальные еще не встали на ноги. Иден попросила капитана освободить ее от части забот, и очень кстати для присмотра за шотландцем был назначен повар. Подопечные Иден начали пить куриный бульон, затем попросили каши и, подобно маленьким капризным мальчишкам, просили девушку разговаривать с ними. Они требовали ее внимания, пытаясь подольше удержать подле себя. Она никогда не думала, что взрослые люди могут вести себя, как дети.

Все, казалось, шло хорошо до тех пор, пока Арло не ввалился в каюту Джеймса, где Иден читала брату книгу сонетов.

Глаза шотландца были широко открыты, в голосе звучала тревога.

– Мисс, вы должны посмотреть, ему хуже и хуже с каждым часом!

– Кому? Вашему господину? – Иден покраснела при воспоминании о молодом шотландце.

– Он слаб, как ребенок, ничего не понимает, горит в лихорадке.

– Но я же не могу сделать больше, чем повар и мистер Мэллори, – она избегала встречаться глазами с Джеймсом, надеясь, что тот примет ее отказ за проявление скромности.

– Нет, мисс, когда ухаживали вы, ему было лучше.

Уверен, очень важно, когда лечит женщина, – красное лицо Арло было умоляюще обращено к Джеймсу. – Некоторые женщины умеют обращаться с лошадьми и джентльменами, умеют лечить раны. У вашей сестры есть этот дар, сэр, точно, – Арло обрадованно улыбнулся, увидев, что Джеймс согласно кивает.

– О, Дене, ты не можешь отказать в помощи этому человеку, – губы брата скривила хитрая усмешка. Иден с трудом подавила желание шлепнуть его по губам – она так самоотверженно ухаживала за всеми, а он приплетает какие-то высокие мотивы!

– Но, Джеймс, я должна заниматься тобой, а что касается других, то…

– Не хмурься, дорогая.

Для меня ты сделала достаточно. Пойди и помоги молодому лорду. Я не смогу спать, если удержу подле себя ангела, который должен нести свет не только мне.

Вот и благодарность! Иден сощурилась, глядя на брата, затем встала.

Джеймс подождал, пока стихнут шаги в коридоре, не без труда опустил еще плохо слушающиеся ноги на пол, потянулся за фляжкой с бренди.

Слова Арло о состоянии его хозяина оказались правдой.