Шанс для злодейки

Дробь копыт чуть сбивается — фальшивая нота в симфонии скачки, — всё тело сжимается в ожидании столкновения!

Но мы проскакиваем ворота и мчимся дальше. С колотящимся в ушах сердцем я рискую обернуться. В самом конце аллеи конная погоня.

Так далеко, что я успею скрыться в лесу, а дождь — размыть следы.

Когда я выбралась из леса на тракт, встал вопрос, куда двигаться дальше. Гроза ещё ворчала на горизонте, но дождь иссяк, а сквозь просветы облаков подмигивало солнце. Вернуться на тот забытый богами постоялый двор и ждать возвращения наших? Идея не понравилась ни мне, ни лошади, которая категорически не желала двигаться в ту сторону, мотала башкой и всячески выказывала недовольство.

Зато в город она зарысила без малейших пререканий.

Я ещё не настолько сошла с ума, чтобы лезть через главные ворота. Благо, в городской стене Данкрифа были и другие проходы, а полдень — как раз время пересменка у стражи. На непопулярных дорогах караул смотрел вполглаза, так что я без проблем улучила момент, когда одна смена уже отправилась промочить горло в трактир, а другая ещё не заступила.

Ведя свою норовистую лошадку в поводу, я просочилась в город.

До мастерской Нила мы добирались огородами, задними дворами и загаженными переулками, в одном из которых мне на голову чуть не обрушился поток помоев — лошадь как раз дёрнула повод, и пришлось затормозить. Я привязала её у забора, велела стоять тихо и пролезла сквозь дыру. С моего прошлого визита снаружи ничего не изменилось.

Семь не очень болтливых магов галдели, как стая сорок. Моё появления заставило их замолчать, но всего на долю секунды, необходимую для оценки враждебности.

— Утречка! — сказал Нил, открывая мне дверь.

Выглядел он так, словно не спал с тех самых пор, как мы виделись в последний раз. Рыжие вихры давно не расчёсывали, воспалённые глаза моргали слишком редко. Жилет сегодня радовал одуванчиковой желтизной. Я всерьёз подозревала, что у него где-то хранится запас всех цветов радуги.

В отделённой шторкой комнатке людей набилось как сельдей в бочку, но едва ли хоть одна рыба издаёт столько шума. Они расселись вокруг Дариана, словно ученики у смертного одра наставника.

Сравнение мне не понравилось.

Как и тот факт, что все сложили на него руки.

Ужасно глупо ревновать в такой ситуации, но я так вымоталась, что просто позволила себе чувствовать это. И всё же ни за что не стала бы вмешиваться — потоки магии, что вливались в его тело, работали. Исчезли жуткие чёрные вены, кожа почти вернула прежний облик. Ещё немного — и откроет глаза. Сядет и спросит, какого чёрта ему не позволили спокойно умереть.

Как же я хочу обнять его.

И как же сильно мне его не хватает.