8 дней, 9 ночей (СИ)

Поговорим после заседания… Удачи вам, Ксения.

– Спасибо.

Он ушел, а я вздохнула и оглядела зал. Большинство людей уже покинуло помещение и, как я заметила, председатель тоже намеревался это сделать. Поняв, что пришло время действовать, я собралась подняться, но вдруг кто-то опустился на соседнее кресло рядом со мной. Я узнала того самого человека, который что-то сказал председателю при моем появлении.

– Здравствуйте, – произнес он, снимая очки. – Вы Ксения?

Я кивнула в ответ.

– Брагин, – коротко представился он, критически оглядывая меня. – Значит это ваш голос мы слышали на записи речевого самописца.

Занятно, занятно… Впрочем, долой лирику. Вы привезли то, что хотели?

– Да, одну минутку, – сказала я, раскрывая папку.

– Признаться, я решил, что вы передумали, – глухим голосом проговорил он. – Вы не появились в оговоренное время.

– Не передумала, – ответила я по возможности твердым голосом. – Это просто дорожные заторы.

Я передала ему распечатанную копию документа и карточку памяти. Быстро пробежав глазами содержание бумаги, Брагин сложил ее пополам, а карту памяти убрал во внутренний карман пиджака.

– Благодарю вас, Ксения. Это очень важные сведения, – сказал он, снова поворачиваясь ко мне. – Похвально. Учитывая, что вы делаете это в ущерб собственной…

– Не надо всего этого, – прервала его я. – Мне можно уйти?

– Да, разумеется, – он внимательно посмотрел мне в глаза. – Но я попросил бы вас остаться ненадолго. Комиссия не станет вызывать вас в качестве свидетеля, это я вам обещаю. Тем более на глазах сотрудников «Боинга». Но все же, подождите, пожалуйста. Нам осталось разобрать не так много вопросов.

Я хотел бы еще побеседовать с вами.

С некоторым безразличием пожав плечами, я вздохнула и ответила:

– Хорошо, как скажете.

Он кивнул и поднялся, а я так и осталась сидеть на своем месте.

Вот, собственно, и все. Включился таймер моей маленькой бомбы. Оставалось лишь ожидать. Но я не могу сказать, что мне был хоть сколько-нибудь интересен результат. Силы постепенно начинали меня оставлять, снова разболелась голова, и мне невыносимо хотелось лечь и закрыть глаза.

Заседание возобновилось через четверть часа. После очередного доклада одного из экспертов, я обратила внимание, что Брагин передал председателю комитета мою распечатку.

Тот развернул листок, надел очки и внимательно прочитал документ. В зале стояла почти полная тишина, лишь кто-то о чем-то перешептывался в левой секции. Изучив письмо, председатель отдал его какой-то женщине, сидевшей слева от него, и она также принялась изучать предложенный текст. Закончив, она вернула документ председателю, и он снова нажал кнопку микрофона:

– Я хочу обратиться к представителям «Аэрофлота».