8 дней, 9 ночей (СИ)

Валерий Антонович, как вы можете прокомментировать вот это?

Поднялся высокий мужчина, сидевший неподалеку от капитана Соколова. Он прошел к столу комиссии, принял протянутый ему листок бумаги, вчитался в него.

– Никак не могу прокомментировать, – сказал он через минуту. – Нужно уточнение руководителя технического отдела по обслуживанию парка, а его сейчас здесь нет.

– Тогда к завтрашнему утру составьте отчет по этому вопросу, – сказал председатель и повернулся в сторону левой секции: – Ну а вы, мистер Джонсон? Прошу взглянуть.

Поднялся тот самый эксперт из «Боинга», которого я уже видела.

Бумага перешла к нему в руки, и он также внимательно изучил ее.

– Хм… Я не обладаю достаточной информацией для оценки этого документа… – произнес он, помедлив. По-русски он говорил вполне сносно, как и Харгрив, но с более сильным акцентом. – Нужен запрос на завод, в сборочный цех…

– Разумеется, – сказал председатель и снова повернулся к женщине, сидевшей с ним рядом и уже что-то отмечавшей в своем электронном планшете. – Я прошу коллег из Национального агентства по безопасности перевозок сделать этот запрос в самое ближайшее время.

– Запрос уже отправлен.

– Оперативно! Благодарю вас…

Вскоре заседание завершилось. Все стали собираться. Я вышла одной из первых, полагая, что Брагин вряд ли планировал разговаривать в зале для конференций.

Оказавшись в коридоре, я заметила неподалеку кулер и направилась к нему. Очень хотелось спать. Голова была ужасно тяжелой и болела все сильнее, а сердце билось несколько учащенно.

Вот все и кончилось, тяжелый камень свалился с плеч. Теперь то, что будет дальше, уже не моя забота.

Бомба сдетонировала, но взрыв был еще впереди.

Подойдя к кулеру и взяв пластиковый стаканчик, я налила в него прохладной воды и полезла в сумочку за таблетками. Люди тем временем выходили из зала в коридор. Кто-то сразу направлялся по своим делам, кто-то останавливался, собираясь в небольшие группы и что-то активно обсуждая.

У меня немного закружилась голова, и я направилась к одному из нескольких кресел, стоявших вдоль стен. Ноги уже совсем отказывались меня держать.

Неподалеку от себя я увидела Алексея, который что-то обсуждал с сотрудниками своей авиакомпании.

Он тоже заметил меня и сделал знак, что сейчас подойдет. Я устало кивнула и продолжила свое сосредоточенное движение к креслу, но вдруг в глазах моих потемнело, головная боль взорвалась яркой вспышкой, а грудь сдавило внезапной судорогой так, что дыхание совсем прервалось!

Из последних сил пытаясь нащупать возле себя хоть какую-нибудь опору, я провалилась в черную пустоту, окончательно потеряв связь с померкшей реальностью.

Тьма рассеялась очень неохотно.