Алая нить

Сьерра взяла трубку, совершенно точно зная, почему он звонит. Она не говорила с мужем с того дня, когда он строго отчитал ее за то, что она выставила дом на продажу, и предстоящий разговор тоже не предвещал ничего приятного.

— Почему ты послала мне этот чек? — сразу вспылил Алекс.

Сердце Сьерры екнуло при звуке его голоса.

— Это твоя половина от стоимости дома.

— Я переписал дом на тебя. Помнишь? — с горечью в голосе произнес он.

— Помню, но не считаю себя вправе присвоить все деньги.

— Весьма удивительно. Прежде ты никогда не беспокоилась, тратя мои деньги. Почему вдруг такая перемена? И, к слову, почему на прошлой неделе ты отослала обратно мой чек, который я тебе выслал?

— Потому что ты пообещал не давать мне ни цента, и я решила помочь тебе сдержать слово.

С языка Алекса сорвалось грязное ругательство.

— И что ты собираешься делать, Сьерра? Кормить детей в благотворительной столовой при местной церкви?

— У меня есть работа.

— Да, конечно. У Рона Пейрозо в лос-анджелесском отделении «Аутрич». Не думаю, что там платят очень много.

— Я уже не работаю там.

— Уволили, наверное? Что ж, шесть месяцев, думаю, это довольно длительный для тебя срок, ты нигде не работала дольше.

Доведенная до предела его сарказмом и снисходительным высокомерием, она чуть было не сказала правду.

«Я уволилась потому, что Рон влюблен в меня и хочет, чтобы я забыла о тебе, забыла о том, как ты поступил со мной! Потому что он хочет быть со мной! Жениться на мне, Алекс. Он миллионер, и он хочет меня! Я уволилась потому, что это было правильным решением, а вовсе не по той причине, по которой ты думаешь!»

Сьерра сдержалась. Все равно он не поверит ей. Он настолько сильно ненавидит ее, что не может допустить и мысли о том, что она способна заинтересовать хоть какого-нибудь мужчину. А ей вовсе не хотелось унижаться, доказывая ему обратное.

Сьерра услышала сейчас этот стих так же отчетливо, как и в воскресенье, когда пастор прочел его. И это моментально заставило ее остановиться. А чего требовал Господь? Справедливости, доброты, смирения… а она опять принялась за старое, вернувшись на свой излюбленный путь злобы, обиды и жалости к себе.

Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Так что ты собираешься делать? — резко спросил Алекс, не услышав ответа на свое оскорбительное замечание.

— Я буду работать секретарем в страховой компании.

— Продлится все это не более двух недель.

— Это оценка моих способностей? Или ты думаешь, что работать в страховой компании невыносимо скучно? — спросила Сьерра, стараясь, чтобы слова прозвучали шутливо.

— Угадай с первой попытки.

Яснее ясного, что он имел в виду.

— Я вышлю тебе другой чек, Сьерра. Постарайся сохранить его. Он тебе пригодится.