Бомба за пазухой

— Ну, что тебе сказать, — старик поставил блюдце и вытер вспотевшую шею старым рваным полотенцем. — Снаряжение дорого стоит, не у каждого оно было свое до войны. Да и альпинизмом занимались единицы. Я всех наперечет знал. В основном теплые вещи были свои у каждого. Ледорубы, горелки керосиновые. Две палатки на руках были. Это точно. А по большей части все, что денег больших стоило, приобреталось клубом. Где городские власти помогали, где мы сами скидывались и покупали. Вот клинья, карабины, веревки, это все общее было. Брали в клубе, когда на восхождение шли. Очередь была за ними. Тоже и с ботинками, «кошками». Ты видел, что от клуба осталось. Немчура растащила имущество. А что касаемо городских альпинистов, так из двенадцати человек восемь на фронте, воюют. Девчонка у нас была боевая. Анастасией ее звали. Она в госпитале работала, с госпиталем и ушла, когда сюда фашист пришел. Не видал я ее больше. Ну и еще трое. Я, значит, и двое постарше меня, ветераны.

— Живых вы их видели?

— Кузьмин погиб, наверное. Бомба в их многоквартирный дом попала на рассвете. Никто не успел выйти. Все под развалинами и погибли. Точно не могу сказать, но говорили так. Да и не видал я его больше. А вот Прохоренко Семена я встречал еще при немцах. С рынка он шел с тележкой. Остановились, поболтали. Он все на ноги жаловался. Помороженные они у него. Он у нас самый опытный был, в клубе председательствовал. У него свое снаряжение имелось. Привозил из-за границы. Он в международных командах на восхождения ходил.

— Олег Петрович, а адрес? Адрес Прохоренко у вас есть?

— Хм, — задумался старик. — Адрес, говоришь? А может, ты, Леша, и прав, можно его по адресу найти. Да только там сейчас черт ногу сломит — столько разрушений. Не найдешь ты, а я знаю, где его искать. Ну, почаевничали, и будет!

Горячев решительно поднялся из-за стола, перевернув чашку в блюдце вверх дном. Алексей тоже поспешно поднялся, поправляя портупею и разглаживая складки гимнастерки под ремнем. Вещмешок он пока решил оставить у Горячева дома. Старый альпинист снял с гвоздя ношеный латаный пиджачок, водрузил на голову кепку и повел лейтенанта через двор на зады, где имелась еще одна калитка, ведущая в соседний переулок. И снова перед глазами картина страшных разрушений. Центральные улицы уже расчистили, убрали обломки зданий с проезжей части, тротуаров. А здесь, в некогда тихих переулках, все еще завалено обломками, остатками зданий, чернеют следы пожаров. Из домов, которые уцелели хоть частично, в которых можно было как-то ютиться, остались единицы. Зыков и старый альпинист осторожно шли по протоптанной тропе среди развалин. Горячев не смотрел по сторонам.