Княжна Разумовская. Спасти Императора

Если полонез был торжественным и величавым, то мазурка — это праздник движения, радости и легкости.

Я вложила свою руку в ладонь мужа, и мы вышли в центр зала вместе с другими парами.

Первая фигура началась с ритмичных шагов. Георгий вел меня твердо, но ненавязчиво, позволяя чувствовать свободу в движении.

Пары расходились в стороны, чтобы вновь соединиться, создавая хореографический узор. Мужчины поднимали женщин в небольших поддержках, чтобы затем плавно опустить на землю. Георгий подхватил меня под талию и, на мгновение приподняв, грациозно вернул на паркет.

Всё вокруг кружилось в вихре красок: бальные платья, как цветы, распускались вокруг нас, военные мундиры с эполетами блестели в свете тысяч свечей.

Когда танец набрал темп, я даже улыбнулась, начав испытывать удовольствие от происходящего. Повороты, смены партнеров и вновь соединение с мужем — все это кружило голову.

Георгий ловко менял ритм, подстраиваясь под мои движения. Наши взгляды встретились, и я ощутила, как его глаза заискрились от наслаждения.

Финальная часть мазурки была особенно яркой. Георгий с легкостью вел меня, и я чувствовала себя пушинкой в его руках.

Последний аккорд музыки совпал с элегантным поклоном князя. Я же опустилась в реверансе, глядя на него снизу вверх, и увидела на его лице довольную улыбку.

Музыка стихла, окружающие захлопали, а Георгий сжал мою руку, поднес к губам и мягко поцеловал.

Князь слегка нагнулся ко мне, чтобы шепнуть.

— Ты была восхитительна.

После мазурки я поняла, что мне нужно передохнуть. Все же танцевать в тугом корсете — занятие крайне сложное.

Мы вышли из центра зала, где продолжался танец, и нашли укромное место у одной из колонн, откуда открывался вид на всю залу.

Я положила руку на холодный мрамор, чтобы немного успокоиться, и пробежалась взглядом по гостям.

После полонеза Император больше не танцевал. Он стоял чуть поодаль ото всех в окружении высочайших чинов Первопрестольной: мой отец, обер-полицмейстер, начальник Московского отделения третьей канцелярии и многие, многие другие.

Князь тоже мог быть там. И по праву занимал бы свое место.

Князь должен был быть там.

— Довольно, — муж, кажется, заметил мой взгляд и шагнул вперед, загородив мне обзор.

— Довольно, Варвара. Прошлое должно остаться в прошлом, — недовольно произнес он.

Я схватила его ладонь обеими руками.

— Мне очень жаль. Я знаю, ты не терпишь этих разговоров, но я все равно хочу сказать, что...

Но слова замерли на губах, когда я мельком заметила человека, проходившего мимо. Его спина... Узкая талия в черном сюртуке, прямой стан, слегка напряженные плечи. Волосы, собранные на затылке. Этот силуэт...

Мир словно качнулся под ногами, когда я узнала его.

— Это он...