Эффект Грэхема

Вчера вечером мы до этой комнаты не добрались, так что все здесь в идеальном состоянии.

– Итак, у тебя появилась девушка, – смеется он. – Ты как-то забыл об этом упомянуть, когда мы разговаривали в прошлый раз.

– Я тогда еще сам пытался осмыслить, как же это произошло.

– Мне она – тоже, – я киваю на закрытую дверь в комнату Алекс. – Вы теперь вместе или как?

– Конечно, брат. Женюсь на супермодели. Да ладно тебе.

– Разве ты не знаменитый профессиональный спортсмен? К таким всегда прилагаются супермодели, нет?

– Эта девица как лесной пожар. Со мной она заскучает уже через неделю максимум. Сегодня вечером она улетает в Париж на частном самолете.

– Ну тебя. Я лечу коммерческим рейсом.

Он, смутившись, опускает голову.

– Как прошло Рождество с родителями?

– Нормально, а у тебя? Ты его с Грэхемами провел, так ведь?

– Помнишь, я говорил, что Гаррет Грэхем возненавидел меня за опоздание на тренировку? Так теперь у него есть причина поважнее. Он меня не выносит.

– Уверен, ты преувеличиваешь.

Я замечаю, что он поглядывает на меня поверх кружки.

– Ты кажешься счастливым, – признается Оуэн. – Поверить не могу, что говорю это, но так и есть.

– Должно быть, ад покрылся льдом, а?

Улыбаясь, ставлю кружку на стеклянный столик.

– Ну, какой у тебя график игр на ближайшее время?

– Несколько гостевых игр подряд. – Он приглаживает непослушные каштановые вихры. – График выматывающий. Постоянные разъезды ужасно утомляют.

– Ты любишь все это.

– Люблю. – Он медлит. – И ты полюбишь.

– Ага, если «Даллас» не передумает насчет меня.

– Не передумает, – он отпивает еще кофе. – В следующем месяце у нас пара игр против «Брюинз». Тебе стоит прийти. Посмотришь игру из ложи, потом поужинаешь со мной и с командой.

– И девушку свою захвати. – Он подмигивает.

– Тебе прямо нравится произносить это слово.

– Конечно, мы же о тебе говорим, а у тебя девушек в принципе не бывает. Я буду повторять это слово вечно, просто потому что тебе тут же становится неловко.

К слову, о неловком. Внезапно я вспоминаю, что сказала Джиджи прошлой ночью. О том, что я не должен брать на себя ответственность за чужие поступки. Я долго сомневаюсь, наблюдая, как Оуэн потягивает кофе и копается в телефоне. При обычных обстоятельствах я бы никогда не стал это обсуждать. Ни за что не поднял бы подобную тему. Но, может, «обычные» обстоятельства несколько изменились. Может, пора по-другому решать проблемы.

Он в замешательстве поднимает голову.

– За маму. – Несколько секунд я изучаю свои руки, потом заставляю себя посмотреть Оуэну в глаза. – Когда ты смотришь на меня, ты видишь во мне его?

Я не могу описать словами, какое облегчение меня охватывает.

– Ты не причинял ей боли, – тихо продолжает Оуэн.

– Но и спасти не смог.

– Тебе было шесть.