Феодал

Тот забежал внутрь, и пока я крутил барону руки, японец коснулся пальцами толстой шеи пленника. Вскоре барон обмяк. Мы выпрямились.

— Сколько у нас времени? — спросил я у Нобу.

Мы забегали по кабинету, но ничего дельного не нашли, всë же это не отделение пыток какое-то или ремесленный цех. Тогда я достал из шкафа дорогие рубахи и разрезал их в нескольких местах. Нобуëси задумку понял, и вскоре папенька валялся с завязанными за спиной руками, ногами и с кляпом во рту.

— Упаковали кабанчика, — заключил я.

Далее мы как ни в чëм не бывало спустились, и я подозвал Снежану.

— Папенька велел не беспокоить пару часов, не в духе.

Девка с подозрением на меня зыркнула, но всë же кивнула. Никому из домашних не хотелось огрести от главы. Гневался он по злому и плетей не жалел.

Понимая, что жить в этом месте больше не смогу, я сложил в мешки пожитки и немедленно покинул поместье. Говорят, барона нашли только под вечер, но тогда мы спешили изо всех сил. Столкнуться с парой десятков мечников в чистом поле — такая себе перспектива.

В Ростове же барон не имел надо мной никакой власти, точнее на территории храма, но и на улицах ему опасно для репутации устраивать сцены.

Вот так я и лишился крова.

Черноярский-старший позарился на чужие законные накопления, и тут не вопрос в моей жадности — прояви я слабину, он и дальше бы вил из меня верëвки. Кровная дань — это одна десятая от заработанного, он же требовал почти всë!

Пролей я хоть каплю крови у него в гостях, и суд бы похоронил меня, но здесь мы обошлись парочкой тумаков.

— Отдохнули на свою голову, — буркнул я, когда мы сняли комнату в таверне близ храма.

С другой стороны, этот разрыв лишь ускорил неизбежное.

Я сменил одежду на выходную и твёрдо решил найти сегодня поверенного для устранения проблемы с наследством. Дело это нелëгкое и тем более затяжное, так что, чем раньше начну, тем лучше.

Извозчик доставил нас к зданию суда. Представив документы, сдав оружие и обозначив цель визита, мы получили добро на вход. Далее поднялись по ступенькам краснокирпичного двухэтажного здания и вошли вместе с парочкой других посетителей через массивные дубовые двери с бронзовыми ручками.

Вестибюль встретил нас портретами императоров в золоченых рамах.

По холодному мраморному полу мерно шагали важные курьеры в форменных сюртуках, неся зашнурованные папки с делами. В углу за резной стойкой сидел столоначальник. Он чинно макал перо в чернильницу и вносил посетителей в толстый журнал.

— Ожидайте, — велел он, посмотрев из-под густых бровей.

— Благодарю, — ответил я после объяснения, как и где мне найти вышеозначенного специалиста, и проследовал на второй этаж, где велось несколько заседаний.