Феодал

Ваш случай — дело уникальное, посему должен предупредить, что госпошлина равна 4% от цены иска — это может встрять вам в значительную сумму, её мы узнаем после оценки всего имущества Черноярских. Помимо судебных издержек, мой гонорар составит пять тысяч рублей.

— Устраивает, — кивнул я, — только у меня будет одно условие.

— Условие? — поправляя монокль, переспросил адвокат.

— Да, я хочу, чтобы Марина вела моё дело, она же в вашей конторе работает?

— Что? — чуть ли не в унисон произнесли оба работника суда.

«А вот что», — хмыкнул я, наблюдая над головой девушки аномально большие показатели.

Впервые я увидел чужой талант и сразу бриллиант! Мало того что таких людей, поди, выцепи среди множества обывателей, так тут ещё очень редкая способность убеждения.

— Почему вы так на меня смотрите? — на секунду смутилась девушка.

— Марина Васильевна Троекурская — внучка моего партнёра. Мы с ним вместе сорок лет назад создали нашу юридическую контору «Ведомство казённых и гражданских дел Спицына и Троекурского». Сейчас он отошёл от дел, талантливого сына, увы, всевышний ему не дал, так что имеем, что имеем, — с сожалением кивнул адвокат, а Марина кротко посмотрела в пол.

— И как вы оцениваете её профессиональные качества? — поинтересовался я у старика.

Сам же подметил мелкие детали внешности девушки. С виду она была серая мышка: волосы стянуты в неказистый канцелярский пучок, тёмно-синее платье цвета «чернильных пятен», чтобы удобней было скрывать пролитые чернила, холщовый фартук с карманами для перьев, ножниц и записок, кожаные башмаки на низком каблуке, а также большие круглые очки в металлической оправе, вечно сползающие на нос.

Она была тенью господина Спицына и говорила тихо, чётко, но без лишних слов. При этом вся её природная красота была запрятана глубоко внутрь, она нарочно исказила свою внешность.

«Ты ещё и актриса», — улыбнулся я ей.

— Вы знаете, Мариночка трудолюбива, да. Хорошо, но медленно впитывает нужные знания, ответственна, однако звёзд с неба не хватает, — с сомнением покачал головой Геннадий Петрович и покровительственно потрепал ту за плечо. — Ей ещё многое предстоит узнать и понять. Я взялся за неё по просьбе друга и непременно всему обучу, но это дело… — адвокат сделал паузу, испытывая неловкость, а потом мягко предупредил меня.

— Я бы не рекомендовал выбирать защитника, основываясь на его внешности. Женщины не зрят в корень, они как бы везде и нигде, замечают множество мелких деталей, но не могут увидеть главного. Такие качества полезны разве что в сборе клубники, — он рассмеялся, найдя свой пример остроумным.

Я улыбнулся и поправил рукав, как если бы с ними было что-то не так.

— Геннадий Петрович, поражён вашей прогрессивностью и смелостью.