Развод и девичья фамилия

С одним из них, самым проверенным и «благонадежным», выпускником всего на свете, карьеристом не просто до мозга костей, а до винтов в безупречных американских челюстях, Аллочка переспала «для опыта».

Опыт оказался неплох. Романтика, красота, высокие бокалы, розы в серебряном ведерке, тихая музыка – едва выскочив из мужественных объятий, Аллочка выключила музыкальный центр. С этой музыкой сцена соблазнения казалась слишком уж классической, следовало поубавить сладкой прелести.

И все. Время от времени они встречались – примерно раз в два месяца, чтобы все повторить, и получали от этого удовольствие, и миленько щебетали, валяясь в шелковых подушках, и даже попробовали вместе принять душ.

Это оказалось очень неудобно, мокро и опасно для жизни, потому что в соответствии с правилами в душе следовало «начать все сначала», и он решил «начать», и чуть не сломал ногу на скользком полу, а у Аллочки с волос текло, они лезли в глаза, и она чувствовала себя, как собака под дождем – шерсть как будто чужая и псиной воняет.

И все!

От одного взгляда на Григория Батурина в голове у Аллочки Зубовой происходило какое-то движение, как будто ударяла черная молния и каждый раз выжигала все вокруг.

Ей хотелось его потрогать – ну хотя бы через одежду! Просто потрогать, узнать, какой он на ощупь, какая у него щека, какие пальцы или волосы на затылке. Ей представлялось, что он особенный, ни в чем не похожий на гарвардского карьериста, а весь Аллочкин опыт ограничивался именно им.

Она умерла бы от страха, если бы Батурин «обратил на нее внимание», и страстно желала, чтобы «обратил». Она даже умоляла его про себя – посмотри на меня. Ну, посмотри, это же я! Ну, почему ты так и не смотришь?! То, что ты уставляешь в меня глаза, – не в счет!

– Что? – вдруг спросил он совсем рядом.

Голос был недовольный. – Что вы на меня вытаращились? Я забыл отстегнуть парашют?

Аллочка покраснела как рак.

Как рак, которого сварили и собираются есть. Живой, еще не сваренный рак, вовсе не красный.

– Гриш, я ничего не понимаю.

– Извините, – быстро сказала Аллочка, – Кира Михайловна, можно мне попозже зайти?

Кира протяжно вздохнула:

– Ну конечно.

Аллочка выскочила в коридор и побежала, вспоминая, как она на него таращилась, а он заметил и даже спросил про парашют!

На лестнице она с разгону врезалась в чью-то спину и пошатнулась.

– Извините!

Спина сделала оборот и оказалась Кириным мужем.

– Ничего, – сказал он, – вы об меня не ушиблись?

Аллочка покачала головой."

"Кирин муж посмотрел наверх – шея была крепкой и сильной, Аллочка рассмотрела, – а потом попросил интимно:

– У вас нет сигарет? Я никогда не курю в присутствии Киры. Считается, что я некурящий и спортивный. Сигареты у меня в машине.