Мы не навсегда

Теперь придется поверить, что с милым рай в шалаше.

– Я не хочу говорить тебе слова прощания, – шепчу, смотря в любимые глаза.

– Тогда до скорой встречи. Я тебя люблю."

"Марк беззастенчиво меня обнимает на глазах молоденького конвоира. Хватает у времени лишнюю секунду, безуспешно пытаясь продлить нашу встречу.

– Пока…

Срываюсь с места и ухожу, стремясь прекратить муку прощания. Плевать, что волосы растрепались, а губы припухли… И на чужие любопытные взгляды плевать. Меня провожают к выходу, ставят отметку в пропуске и распахивают скрипучую железную дверь. Я в реальности… В своем мире, оторванном от тюрьмы.

Но частичка сердца навсегда осталась там, с Марком. Плотнее кутаюсь в длинный шарф и пускаю пешком в сторону парка – я слишком взбудоражена свиданием и слишком счастлива, чтобы сидеть на месте. Ме хочется ходить, бегать, кричать, что-то делать! Весь мир обнять. И каждому прохожему пообещать, что все у него будет хорошо.

В кармане гудит телефон. Нехотя отпускаю мечтательные мысли и отвечаю незнакомому абоненту.

– Софья Васильевна, это следователь. Я был у вас в кабинете, помните? Звоню со стационарного.

– Да, что-то случилось?

– Борисенко пришел сегодня в себя. Я настоятельное прошу сохранить эту информацию в тайне. Он просит вас, Софья… Говорит, что хочет рассказать важные сведения.

Глава 49

Софья.

– Мне прямо сейчас приехать? Вы так и не сказали, где Борис находится? – шепчу, прикрывая динамик ладонью. Кажется, все обращается в слух, чтобы выведать тайну: над головой сгущаются тучи, голые корявые пальцы деревьев шелестят от порывистого ветра, ворота скрипят, а собаки лают. По спине проносится неприятный холодок, когда я вижу «вторую линию» – Арзамасов собственной персоной.

 – Господи…

– Что случилось, Софья Васильевна? – взволнованно спрашивает следователь.

– Мне пытается дозвониться Арзамасов. Можно я приеду со своим… частным детективом? Он активно помогает расследовать дело концерна.

– Конечно, мы только за. Записывайте адрес.

Очень, очень опасно… Не понимаю, как они умудрились разместить Борисенко в обычной городской больнице. Да, железнодорожная и на окраине, но все же…

– Мирон Альбертович, вы мне срочно нужны! – почти выкрикиваю в динамик, удерживая телефон дрожащими на ветру пальцами.

 – Борисенко пришел в себя, хочет сообщить что-то важное, просит меня приехать. А мне звонит Арзамасов… Я боюсь…

– Осмотритесь, Софья Васильевна, за вами никто не следит? – мягко просит он.

– Не знаю… Я только вышла из СИЗО. Вряд ли кто-то решиться ходить возле камер видеонаблюдения. Их здесь в избытке.

– Это точно. Ответьте ему, чтобы не вызывать лишних вопросов и подозрений. Я заеду за вами через двадцать минут. Вы можете куда-то спрятаться? Уйти в людное место.