Мы знаем, что ты помнишь

– Похоже на «Приппс Бло» из доисторических времен, – заметил Боссе Ринг, разглядывая пивные бутылки. Он присел на корточки и ткнул одну бутылку палкой, пытаясь разобрать дату производства.

Эйра вздрогнула при звуке голоса, раздавшегося за спиной.

– Идемте. У нас кое-что есть.

Она прищурилась от бьющего в глаза света прожектора. Какое-то движение в разбитом дверном проеме, чей-то силуэт на фоне сумрака снаружи.

– Внизу, на берегу, – сказал криминалист.

И двинулся обратно, не дожидаясь, пока они выберутся наружу. Даже здесь лестница была сломана, вместо нее – лишь кучка отсыревших досок.

К реке теперь вела хорошо протоптанная дорожка. Ветки берез касались воды. При свете прожекторов их стволы казались неестественно белыми.

Они стояли у самой воды, а кто-то и по колено в ней, нагнувшись и сидя на корточках. Трое человек в полном защитном снаряжении, поскольку даже в Локне было обнаружено высокое содержание диоксина. Пока яд остается заключенным в земле, все еще не так страшно. Гораздо хуже, когда начинаешь эту самую землю копать.

Когда коллега подошел ближе, Эйра последовала за ним.

Под водой у самого берега виднелась какая-то мешанина из сгнивших досок и палок.

– Именно здесь мы это и обнаружили, – сообщила одна из криминалистов, Ширин Бен Хассен, которая руководила осмотром местности. Она показала на участок, где берег резко обрывался и начиналась вода. Виднелись подмытая земля, остатки древесины и голубая глина, из тех, что встречается повсеместно вдоль берегов рек. Ребенком Эйра часто играла с ней – ей нравилось мазать глиной лицо, чтобы потом своим видом пугать прохожих.

– Если бы не низкий уровень воды в реке, то мы бы ничего не заметили, – сказала Ширин.

Из-за того, что в последние зимы выпадало мало снега, реки, берущие свое начало в горах, обмелели, обнажив многое из того, что раньше было скрыто. Чтобы увидеть, им пришлось шагнуть в воду. Один из криминалистов уже поднимался с колен. Ближайшие березы отбрасывали черные тени в свете прожекторов.

Это была рука.

Застрявшая в песчаном береге, частично торчащая над поверхностью воды.

Частично сохранившиеся кости руки.

– Там еще больше есть, – сказала Ширин, указывая под воду.

Взбаламученный ил и прочие придонные отложения окрасили прежде прозрачную воду реки в желто-коричневые тона, и теперь в ней было трудно что-либо разглядеть.

– Бедренная кость, – услышала она чей-то голос рядом с собой. – Определенно, бедренная кость.

Он плыл, словно сквозь воду – наверх. Он не знал, откуда или куда, и как ему удается дышать, если вокруг вода.

Там были голоса. Но он не мог до них добраться.