Мы знаем, что ты помнишь

Чтобы установить точно, требуется время. А если еще учесть, сколько времени скелет пролежал в воде… На данном этапе специалисты зачастую даже затрудняются ответить, что перед ними: археологическая находка или останки имеют недавнее происхождение, то есть относятся к нашему времени. Многие фрагменты до сих пор не найдены…

Унни несколько секунд ошеломленно глядела на нее, после чего рассмеялась.

– Бог ты мой, я же совсем забыла, что ты полицейская! Для меня ты навсегда останешься маленькой вихрастой девочкой в штанишках на лямках. Я помню, как ты пыталась спрятаться за диваном, чтобы подслушать нас, когда мы сидели и пили вино.

– Я здесь не как полицейская, – сказала Эйра.

– А, ну это другое дело. Тогда позволю-ка я взять себе бокальчик.

Унни махнула бармену и, не спрашивая Эйру, жестом показала, что они возьмут две порции светлого. У Эйры мелькнула мысль осушить махом свой бокал. После чего выехать на автостраду Е4 и оказаться задержанной дорожной полицией. Разом отделаться от всего.

– Вы, конечно, знали, что Магнус встречался с Линой Ставред? – спросила она.

– Уфф… Да! Это ужасно, когда подобное коснется лично тебя.

Черстин была напугана до чертиков. Твой братец вместо того, чтобы рассказать все как есть, слинял и напился как свинья. Гордый был, держал все в себе. Ну ты знаешь, мальчишки, что с них взять. – Унни слишком быстро осушила свой бокал, и теперь ее взгляд бесцельно бродил по залу, следил за музыкантами, которые наводили порядок на сцене, и реагировал на появление каждого нового посетителя.

– Временами мне очень сильно ее не хватает, – призналась она. – Мы потеряли друг друга из виду, когда я встретила Бенке и безнадежно в него влюбилась.

Ты его, должно быть, помнишь, он как бог играл на бас-гитаре. В принципе, он до сих пор на ней играет. Черстин сказала, что он мне не пара, и за это я надулась на нее, решив, что она не способна радоваться моему счастью. Но она оказалась права. Мне же потребовалось семь лет, чтобы это понять. Он был абсолютно мне не парой.

– Мне интересно, что вы помните о том времени, – спросила Эйра, – когда начались поиски Лины, а вы приехали и жили у нас…

– Думаю, что все. Самые страшные вещи редко забываются, ты когда-нибудь задумывалась об этом? Я помню даже те кошмары, что снились мне в детстве.

 – Унни достала губную помаду и поймала свое отражение в застекленной фотографии на стене – ее лицо слилось с лицом Луи Армстронга. – Ты же помнишь, я жила одна в «Огромном наслаждении», одном из рабочих кварталов в Мариеберге, и тут я вдруг узнаю, что эта самая Лина пропала. Меньше чем в километре от моего дома.

– Вы помните, что делали в тот вечер?"

"– Пошла на берег мыться. Плавала голышом в реке.