Насекомые и волшебники, или Фотосессия

А вчера я увидел, как Марни вас искал и нашёл, и сразу стало понятно, что именно с ним вы обмениваетесь ласковыми словами, нежными прикосновениями и… запонками, — подмигнул он. — Мне сказали, кстати, что и предупреждать нужно было вовсе не вас, а его, тогда он бы вам шагу не дал ступить без охраны.

— Верно, так и было бы.

— Но вчера утром я этого ещё не знал. Поэтому слава всем люстрам этого дворца, они падают удивительно вовремя. Кстати, в контексте всего, что о вас рассказывают, я, честно говоря, не сомневаюсь, что её каким-то образом уронили вы, и сделали это намеренно.

— Зря не сомневаетесь. Не намеренно. Так получилось. Раз уж вы меня выспрашиваете — тогда и я спрошу. Скажите, что за странности в вашей татуировке?

— В которой? — в глазах снова заплясали озорные искры. — Или вы осмотрели все?

— Осмотрела, — она тоже добавила в улыбку лёгкости. — Любопытство, понимаете ли.

— Понимаю. И нередко пользуюсь, — он снова ей подмигнул. — Если хотите — можем рассмотреть их ещё раз, теперь уже совместно. Я расскажу вам про них интересное. И не только расскажу, и не только про них. Честно, не пожалеете!

— Верю, — она улыбнулась и попыталась мысленно приглушить его порыв. — Но — нет.

— На данном этапе своей жизни я это полагаю невозможным.

— Вы никогда не встречались с несколькими мужчинами параллельно?

— Я считаю, что именно сейчас это совершенно излишне. Ответ — «нет».

— Понял, — рассмеялся он. — И мне рассказали, что настаивать не стоит ни в коем случае. Кстати, а многие настаивали?

— Случалось, — усмехнулась она. — Так что у вас с татуировкой? Не расскажете? Это мне намного любопытнее всего остального, с вами связанного.

— Я сделал её после того, как оставил службу в разведке.

— Чтобы помогала хранить тайны?

— Почему вы так решили?

— Потому что обычный человек для меня — открытая книга. А вы — нет.

— Черт возьми. В самом деле?

— Я могу строить против вас коварные планы, и вы не узнаете?

— Скорее всего, узнаю, но не полностью. Без деталей.

Он помолчал немного.

— Вы страшный человек, Элоиза. И… жизнь у вас страшная.

— Почему? — у неё даже глаза расширились от удивления.

— Потому, что видите людей такими, какие они есть. А… вас этим тоже жизнь наградила?

— Нет, это врождённое.

— Еще страшнее — даже и не избавишься, если надоело.

— Вас хочется по этому поводу взять на ручки и пожалеть.

— Не стоит. Во-первых, я привыкла, а во-вторых, есть, кому это сделать.

— Хорошо, хорошо, я всё понял и не настаиваю. В общем, мне этот рисунок сделал один человек очень далеко отсюда.

— Знаете, мне неактуальны подробности. Мне важнее, как это работает.

— А вот так и работает. Меня можно убить, но нельзя заглянуть внутрь моей головы.