Племя Огня

 – А что касается шубы, то неужели ты думаешь, что я когда-нибудь буду такой же толстой, как этот несчастный топтыгин? Да никогда! Тут хватит на шубки нам всем четверым, и еще останется, ведь все твои жены – очень стройные и изящные дамы.

– Тогда, Лялечка, – сказал Сергей Петрович, – если делить на четверых, то получатся не шубы, а скорее полушубки.

– Ну и пусть, – заявила Ляля, – не люблю длинных шуб. Представляешь, Петрович, прихожу я в наш интернат, вся такая красивая и в медвежьей дубленке… Да все девки бы просто умерли бы от зависти!

–Это негуманно, Лялечка – из пустого тщеславия убивать столько невинных людей…

– Знаю, Петрович, – вздохнула Ляля, – потому и хочу, чтобы в нашей семье все было по-честному.

Если шубы – так у всех, любовь – тоже всем поровну. Я не жадная – пусть всем будет хорошо!

– Спасибо, Лялечка, – сказал Сергей Петрович, – именно за это я тебя и люблю.

Тем временем Антон Игоревич вел со своей супружницей нелегкий разговор."

"– Антон, нет, нет, нет и еще раз нет, – говорила Марина Витальевна, – никакой вяленой или копченой медвежатины в нашем клане не будет. Медведи – это известные разносчики трихинеллеза, а только этой дряни нам тут и не хватало.

Лечить эту болезнь мне здесь нечем. Перемрем все к чертовой матери. Варить или жарить медвежье мясо надо очень тщательно, причем не менее трех-четырех часов, так что медвежий шашлык тоже исключается. Понятно?

Ну что тот мог на это сказать? С медициной не спорят. Сказано нельзя, значит нельзя. И кстати, собакам и кошкам сырое медвежье мясо тоже противопоказано, поскольку трихинеллам абсолютно безразлично, в ком размножаться. Не исключено, что не один клан вымер вчистую, неудачно отведав слабо прожаренного медвежьего мясца с кровью.

Такая это коварная болезнь. Кстати, живут личинки трихинелл только в скелетных мышцах, так что шкура, а также медвежий жир, который Марина Витальевна забрала себе как медицинское средство, абсолютно безопасны, так что то медвежье мясо, которое не успеют тщательно приготовить, надо будет сжечь, и причем лучше всего в пепел. Вот так. Но у геолога была еще одна идея – не пропадать же добру.

– Мариночка, – сказал он, – а что, если мы сварим из этого мяса медвежью тушенку?

– Тушенку? – хмыкнула та.

 – Тушенку можно. Но в чем ты ее будешь варить, ведь в этом медведе мяса не меньше двухсот килограмм? Большой котел я тебе не дам, он мне и самой нужен.

– Дашь, Мариночка, – елейным голосом сказал Антон Игоревич, – и еще как дашь. Потому что, если ты не дашь нам большой котел, все медвежье мясо придется сжечь, а твоя нежная душа этого не выдержит.

– Ладно, вот приготовлю завтрак и бери, – она махнула рукой, пряча улыбку, – один день попробую обходиться маленькими казанами.