Превосходство Пробужденного. Том 3

— О каком видео они говорили? Откуда синяки на шее?

На все имение звучит мерзкое завывание Патрика. Нервы леди Эдвайс не выдерживают:

— Может хватит этого фарса! Что тебе надо?!

— Одну секунду, леди Эдвайс — улыбаюсь я ей. — Выпейте пока чаю, успокойтесь. Я должен разобраться в очень важных для меня, а не вас, вещах.

— Вы правда думаете, что я позволю этому случится раньше времени? Ну же, леди Эдвайс. Вы совсем недавно называли меня мальчиком, а сами теряете голову…

— Итак, Аннет? — игнорирую леди Эдвайс. — Что с тобой еще сделали?

Аннет сжимает мне руку, судорожно отвечает:

— Ничего такого. Сказали молчать, когда они говорить с тобой будут или убьют нас обоих. А синяки… это сестра. Она… гадина.

— Ясно. Больше от меня не отходишь, — добродушно улыбаюсь. — Сиди, пей чай. Делай то, что говорю. Тебе понятно, жена?

— Отлично, — отпускаю руку Аннет, отодвигаю ей чашку, встаю.

Переключаюсь на мерзкую каргу:

— Уважаемая, леди Эдвайс. Возможно, мы начали диалог не с той ноты. Давайте попробуем заново. Для меня честь помочь вам, но я был бы признателен за компенсацию… морального ущерба. Теперь я предложу вам сделку. Я буду вашими ушами и руками в школе неодаренных «Новая Эра». А взамен попрошу всего ничего…

— Сущие пустяки. Как насчет нежной шейки вашего сына? За то, что вы сделали с моей женой? Предлагаю прямо сейчас немного его придушить.

— Ч… что? — горят последние признаки хладнокровия леди Эдвайс. Замечательно.

Иногда всякая ерунда хорошо подкашивает сильных людей. Особенно людей.

— Мне хватит небольшого пореза или кровоподтека. Либо, — пожимаю плечами. — Я прямо сейчас заберу его хм… душу. Вы, — становлюсь очень серьезным. — Знали, кто я и на что способен. Вы знали, как я поступаю с теми, кто мне угрожает. Запомните, леди Эдвайс. Со мной можно либо сотрудничать, либо убить. Второе вам сейчас крайне невыгодно. Значит теперь условия ставлю я, верно?

— Если с Патриком что-то случится… — сжимает зубы леди Эдвайс. — Мне будет всё равно.

— Поэтому с ним еще ничего не случилось. И мы предпримем все меры, чтобы Патрик прожил до ста лет в здравии и благополучии. Это выгодно и вам и мне. Но…

Замолкаю. Резко перевожу взгляд на дверь. Замок в комнату щелкает и в нее заходит человек в белом. Аура тревожности сгущается. Монтано смотрит на меня, на леди Эдвайс. Стучит тростью о пол.

Ментальные щупальца вгрызаются в разумы всех присутствующих, кроме меня. Люди замирают на месте, покачиваются. Аннет отцепляется от меня, вытягивается в струнку, смотрит перед собой… Уверен, то же самое произошло и с пиджачниками за дверью.

— Кэр, — безразлично обращается Монтано, садится в кресло. — Твои методы кажутся мне странными. Это на тебя не похоже.

Тревога усиливается. Как кисель накладывается на мозги.