Роза

Я ждала ее смерти на протяжении нескольких недель. Туберкулез уничтожил ее легкие, и она дышала маленькими слабыми рывками. Говорила она тихим шепотом.

В Сибири было девять, и ее дочь отпустили с уроков, потому что учительница математики внезапно заболела. Дочь вернулась домой, вошла в комнату к матери, лежавшей на диване, и увидела, как та, обратив к ней глаза (головой двигать она уже не могла), выдохнула и больше не вдохнула.

Я узнала этот взгляд. Он появлялся у нее всякий раз, когда она начинала пить. Когда Светлана пила, она становилась счастливой и авантюрной. Она пела песни и без умолку болтала со всеми.

Похоже, эта фотография была сделана на утро после материного дня рождения. Все проснулись с похмелья, выпили по пиву и курили на балконе первую сигарету. Я знаю этот свет и знаю это состояние: утром с похмелья, когда тебе никуда не надо идти. Что-то происходит внутри, и ненадолго ты погружаешься в чувство, что весь мир – это священный приветливый сад. И ты ребенок в этом саду. Хочется длить это чувство и никогда не покидать мир, в котором так много радости и света. Но состояние эйфории длится недолго, поэтому нужно постоянно добирать. Постепенно радость обращается в невыносимое тесное опьянение, из которого нет возможности выскользнуть, и тогда ты продолжаешь пить еще и еще, в надежде вернуть хотя бы миг утраченного рая. К вечеру все превращается в злой бессмысленный кутеж. Потом начинаются драки, ссоры и безумные гуляния. Когда сил совершенно нет, ты падаешь замертво и ранним утром в жгущем веки свете пробуждаешься, все начинается заново. Медленно, день за днем, твоя личность разрушается, ночами ты просыпаешься от тахикардии и приступов тревоги, но выйти из них можешь только еще немного выпив или сказав себе, что так больше продолжаться не может. Я часто себе говорила, что так больше продолжаться не может. Думаю, и Светлана, и мать говорили себе эту фразу, но стоило капле алкоголя попасть в рот, чертова карусель заводилась и все превращалось в один невыносимый день запоя.

Я думаю о своем деде, отце матери и Светланы. Он страдал страшной алкогольной зависимостью, похоже, он передал ее своим дочерям, а они, в свою очередь, передали ее мне. Я перестала пить пару лет назад, когда А.

сняла видео, на котором я вдрызг пьяная сижу на газоне и невпопад отвечаю на ее вопросы. Мои глаза в расфокусе, в них клубятся блики света, и я смотрю куда-то в пустоту. Я несколько раз просмотрела это видео, и мне стало стыдно за себя. У меня было чувство, что этими пьяными глазами в пустоту смотрю не только я, через них в пустоту смотрят моя мать и Светлана. Мне стало не по себе от этого чувства, я потребовала удалить запись, мне хотелось забыть увиденное навсегда и больше никогда не брать в рот спиртное.