Сталин и разведка

Советскую делегацию представлял один человек — кто бы, вы думали? Марк Зборовский, он же агент НКВД «Мак», «Тюльпан». Поэтому вся конспирация троцкистов оказалась напрасной. Обо всех решениях Конгресса Сталин узнавал немедленно.

IV Интернационал по существу оказался мертворожденным дитем. неким подобием знаменитого «Меча и орала», высмеянного Ильфом и Петровым. Но Сталин к его появлению отнесся вполне серьезно и еще раз напомнил чекистам об их долге. Именно в это время на пост заместителя Ежова пришел Лаврентий Берия, человек не менее кровожадный, но более искушенный.

Интересно, что на Конгрессе в качестве переводчицы присутствовала Сильвия Агелоф, которая невольно сыграет трагическую роль в судьбе Льва Давидовича Троцкого. После заседания Конгресса у дома Росмера «Тюльпан» познакомил ее с симпатичным молодым человеком, представившимся Жаком Морнаром. Это был Рамон Меркадер, ставший не только любовником Сильвии, но и убийцей Троцкого, но об этом позже.

Весной 1939 года Троцкий приобрел виллу на улице Вены, в предместье Мехико Койоакане. Первое, чем занялись его друзья и охрана — это превращение виллы в крепость.

Укрепили высокий забор, двери, входные ворота, возле которых построили башню с прожектором. Двери в кабинете и спальне Троцкого обили листовым железом. В доме установили сигнализацию.

Несколько мексиканских полицейских охраняли дом снаружи, а выделенная охрана — внутри. Решили «режимные» вопросы: наладили контролируемый порядок посещений, незнакомые люди допускались к Троцкому, только оставив вещи в холле и в сопровождении охранника. Визитеров бывало немало — журналисты, издатели, сторонники Троцкого, который, по сообщению «Тюльпана», был особенно «падок на приезжих из Союза и Испании».

Эту симпатию Троцкого постарался учесть Иностранный отдел НКВД.

Троцкий продолжал заниматься литературным трудом и в мае 1938 года в одном из писем указывал, что в течение ближайших пяти месяцев должен закончить книгу «Сталин». Тот, о ком была эта книга, узнал о ней и в конце 1938-го— начале 1939 года дал устные указания сменившему Ежова на посту наркома внутренних дел Лаврентию Берии по устранению Троцкого. Одновременно в Союзе развернулась новая волна репрессий против «недобитых» троцкистов.

В этой связи «Тюльпан» в июне 1939 года был ориентирован «прежде всего на выяснение шпионских, террористических центров, контрреволюционных связей в СССР, подготовку переброски в СССР и т.д.». Тогда же «Тюльпан» занялся разработкой Международного секретариата, при его содействии была осуществлена выемка архивов Международного секретариата, Седова и части архивов Троцкого.

За сторонниками Троцкого за рубежом велась охота.