У врага за пазухой (СИ)

Найди какую-нибудь по дороге! И потом к матери.

В отличие от акулы, моего водителя не нужно уговаривать. Федор коротко кивает и по памяти вбивает в навигаторе нужный адрес.

- По пути четыре аптеки. Одна из них круглосуточная. Точно будет работать. – Рапортует через несколько секунд.

Подталкиваю Киру к машине и, пристегнув ремнем безопасности, устраиваюсь рядом.

Как я и подозревал, на покупку лекарств уходит всего пять минут. Три их них фармацевт пялится в монитор и в декольте Самсоновой. Остальные две – слоняется по залу в поисках нужных полок.

Так и хочется ускорить его пинком под зад и заодно пересчитать зубы.

Но Кира вовремя забирает упаковки с препаратами и не возмущается, когда я сам оплачиваю покупки.

- Ну, все. – Выдыхаю, устраиваясь в машине. – Отвезем и домой. Так?

Переплетаю свои пальцы с пальцами Киры.

Весь вечер она хоть что-то отвечала. Теперь молчит. Отрешенно смотрит в окно. Морщит лоб и свободной рукой постоянно поправляет край платья.

- Если что, у меня есть знакомый доктор. Он прямо сейчас может приехать и глянуть твою маму. – Пытаюсь успокоить.

- Спасибо. Думаю, не понадобится.

- Мне несложно вызывать.

- Скорее всего, это какой-то вирус. Все пройдет. - Кира пытается улыбнуться. Выглядит это фальшиво.

Кажется, я догадываюсь, в чем дело.

- У тебя нелады с родней?

- Можно и так сказать. Мы не самые близкие люди. Я росла папиной дочкой. Маме со мной было сложно. А после... папа умер, и общего совсем не осталось.

Дико хочется прижать ее к себе, но по напряженным плечам понимаю, что станет лишь хуже.

- Он был хорошим человеком, - повернувшись ко мне, продолжает Кира. – Образованным, умным и добрым. Его уважали на работе и любили во дворе. Я любила сильнее всех.

Поглаживаю большим пальцем тыльную сторону ее ладони. Не знаю, что еще сказать. Впервые слышу, чтобы моя акула о ком-то так тепло отзывалась.

- Очень. – Глаза Киры начинают блестеть от слез.

- Давай, мы сейчас отдадим лекарства. Возьмем где-нибудь кофе, и ты расскажешь мне о нем.

Спонтанный порыв. Обычно я не люблю рассказов о родне. Все эти чужие жизни – лишняя информация. Но с Кирой готов разговаривать о чем угодно... лишь бы не плакала.

- Я как раз хотела попросить тебя об этом. – Она благодарно сжимает мою руку и вся оживает.

- Вот и договорились.

Целую в висок. А затем, плюнув на попытку быть благородным, спускаюсь к губам.

Следующие десять минут проходят в тишине и без Киры. Она наотрез отказывается идти вдвоем. Дождавшись, когда Федор припаркует машину у подъезда, вылетает с лекарствами на улицу и скрывается в темной парадной.

Шустрая неуловимая рыбка. Совсем как в начале нашего знакомства.

Усмехаясь этой своей мысли, обвожу взглядом ночной двор и устало откидываюсь на спинку.

- Такое ощущение, что все старые питерские дворики на одно лицо.