У врага за пазухой (СИ)

– Лениво всматриваюсь в темноту.

- Не сказал бы, - зевая, тянет Федор. – У меня сестра экскурсии здесь водит. Говорит, они даже по планировке квартир отличаются.

- Странно. Этот как из прошлого. – Болезненно морщусь, вспоминая один из дворов десять лет назад.

В нем были точно такие же дома, ровные квадраты окон, арочные подъезды, ржавые качели возле песочницы... а еще в нем жил урод, сбивший мою Аню.

- Вот в этом, например, березы на детской площадке, - важно продолжает Федор. – В Питере они редкость. Уверен, дворы с такими красавицами можно пересчитать по пальцам.

- Наверное.

.. – За ребрами ноет.

Лениво кошусь на березы. В памяти тут же вспыхивает картинка с такими же деревьями, только чуть ниже.

- Еще посмотрите на водосточные трубы. - Федор, похоже, вошел во вкус. - Моя Ирка утверждает, что они как человеческие отпечатки пальцев. Общая схема никогда не повторяется.

Не хочу ни на что смотреть. От нахлынувших воспоминаний и так хреново. Но взгляд против воли останавливается на кривой трубе возле ближайшей парадной.

- Федь, ты ж был здесь недавно. – С трудом ворочаю языком. – Ну, когда нужно было проверить на месте мать Киры или ее украли.

- Да, Ярослав Борисович. Был.

- И номер квартиры знаешь?

Нутро тоже замерзает. Слишком чётко теперь я помню эту дурацкую трубу, березы и весь двор. Целый месяц после суда над убийцей Ани ходил сюда как на работу. Пытался понять, чем дышал ублюдок, лишивший меня жены и ребенка. Надеялся найти силы жить хотя бы в злости.

- Я у вашей охраны уточнил. У парней было личное дело. – Федор как нарочно тянет резину.

- Я тоже его видел. – Вспоминаю проклятую папку из отдела кадров, которую передал мне Ломоносов.

С прочерком в отделе «отец» и двумя дурацкими фамилиями бывших мужей Киры. – Так какой номер?

Будто на добивание извилины подкидывают еще один привет из недавнего прошлого – тот самый разговор с мамой Киры по видеосвязи. Акулу трясло от холода и страха, а я рассматривал на экране телефона обезображенное яркой косметикой женское лицо и пытался понять, где видел его раньше.

- Семьдесят пятая, Ярослав Борисович. - В зеркале заднего вида замечаю встревоженный взгляд своего водителя. – Что-то не так?

- Что-то. – Все сходится.

На меня словно пололок падает.

Вместе с облаками и небосводом. Ни вздохнуть нормально не могу. Ни ответить.

Скинув с себя ремень безопасности, выхожу из машины. Согнувшись пополам, упираюсь ладонями в колени и смеюсь.

До рези за грудиной.

До болезненного кашля.

Я никогда не верил в карму. Слал нафиг уличных гадалок. Сам решал, с кем судьбе знакомить меня, а кого обходить стороной.

Я был надутым пупом земли, верящим, что он контролирует настоящее и будущее.

Стоит мне выйти на крыльцо, посмотреть на Яра... внутри все обрывается.