Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!

Вдруг мой взгляд упал на Марту. Она была бледной как смерть и сильно дрожала.

— Марта, что с тобой? — испугалась я.

— Я — безрукая! Я не хотела слышать это слово. Оно как пощечина! Я хотела жить полноценной жизнью, но самые жестокие существа на земле — это люди. Они всегда найдут слабое место, а затем надавят на него так сильно, что душа уже никогда не обретет покоя.

— Марта, господи, нашла кого слушать! Этих недоделков!

— Тебе не понять этого, Таня. Саня сказал перед смертью правду.

Я калека, жалкая безрукая калека.

— Да что он мог умного сказать, этот придурок?!

— Оставь меня. — Марта села на стул и стала смотреть вдаль.

Я подошла к ней и тихо сказала:

— Знаешь, чем я больше всего в тебе восхищалась?

— Не знаю и не хочу знать, — безучастно отозвалась Марта.

— Я восхищалась твоей огромной силой воли и желанием жить, твоей красотой, твоим талантом. Таких, как ты, невозможно не любить. Но вот если ты потеряешь свою изюминку, свою сумасшедшую хватку, то тебя и в самом деле любить будет не за что. Мой брат боготворит тебя за то, что второй такой не существует в природе, и даже хоть немного похожей не существует. Ты единственная в своем роде. Мы остались живы только благодаря твоему таланту. Иначе нас бы уже давно скормили рыбам.

Я увидела, что Тигран машет мне рукой. Я подошла к его шезлонгу.

— Присядь. — Тигран показал мне на стул. — Вы с подругой поругались, что ли?

— Нет, просто разговариваем.

— А что у нее глаза на мокром месте?

— Ее никто и никогда не называл безрукой.

— Ей это не нравится?

— Тебе понравилось бы, если бы у тебя отсутствовала нога и тебя называли безногим?!

— Не знаю, не испытывал, — засмеялся Тигран. — Да она и без руки красивее любой бабы.

Я взяла со стола сигарету, дрожащими руками поднесла зажигалку и закурила.

— Ну, подруга, да у тебя нервы ни к черту, — опять засмеялся Тигран. — Это при твоей-то работе. Ты должна нервы крепкие иметь, иначе любое дело провалишь!

— Тигран, отпусти нас, и разойдемся с миром. Тебя даже искать никто не будет, я тебе обещаю. Можешь спокойно жить и работать в Питере, в бега не бросаться. Все, что произошло, забудем с миром.

— Отпустить могу только в Москву. Будете работать на меня. Я вам жизнь спас. Юсуп отдал бы вас на растерзание своим головорезам, а потом скормил бы рыбам. Вот и все ваши перспективы. А я вам дело предлагаю. Поработаете на меня, а потом я вас отпущу.

— Когда посчитаю нужным. Будем работать тридцать процентов на семьдесят. Тридцать ваши, а семьдесят мои, то бишь хозяйские. Первые две недели отработаете бесплатно, в знак благодарности за то, что я вас у Юсупа выхватил. Если попытаетесь как-нибудь сообщить своим людям, где находитесь, пристрелю обеих без предупреждения. Мне терять нечего.