Волки войны

– А я, по-вашему, чем занимаюсь?

– Решили начать с меня как с командира роты?

Комбат умело изобразил изумление:

– А с кого же? Ведь вы же устроили пьянку в подразделении вместе с подчиненными военнослужащими срочной службы? Мало того, споили своего взводного, организовали гладиаторский бой, а затем, войдя во вкус, избили сержантов Мамихина и Доброхлебова, кстати, дежурного по роте, нанесли физическое оскорбление курсанту Гуревичу. Или я что-то путаю?

У Ильи не нашлось что ответить ухмыляющемуся подполковнику, до того неожиданным были его слова, перевернувшие события с ног на голову.

Комбат же, прочно взяв инициативу в свои руки, повысил голос:

– Что молчите, капитан? Или как безобразничать, вы – герой, а как отвечать, то в кусты?

Палагушин оборвал его:

– Смею, капитан, смею! И не позволю делать из солдат бессловесных и беззащитных рабов, в которых вы их пытаетесь превратить! Тоже мне император римский нашелся, бои ему подавай! Мало крови в Афгане пролил? Еще душа требует?

Огромным усилием воли Запрелов заставил себя взять в руки. Палагушин явно провоцировал его и ждал ответной, агрессивной реакции подло и лживо оклеветанного офицера. Но Илья сдержался. Только вонзил взгляд, ставший холодным, как смерть, в подонка с подполковничьими погонами на плечах.

От этого взгляда Палагушин почувствовал себя неуверенно.

– Ну, что смотришь? Теперь уже нечего смотреть. Раньше думать надо было, а сейчас придется отвечать. За все, Запрелов, в этой жизни приходится отвечать!

– Вы правы и ответите за то, что пытаетесь сфальсифицировать истинные события, тем самым скрывая преступление от вышестоящего командования! Но…

Подполковник перебил ротного:

– Я скрываю? Фальсифицирую? Ну, Запрелов, и наглец же ты! Да вот, – он бросил на стол папку, – результаты служебного расследования, проведенного мной лично. Расследования, как раз касающегося происшествия в подчиненной тебе роте! Если я хотел что-то скрыть, разве стал бы проводить какое-то расследование? Нет, капитан, не стал бы! А я провел. И в папке одна к одной объяснительные записки сержантов Мамихина, Доброхлебова, старшины Стоценко, курсанта Гуревича. Даже показания избитого Шевченко имеются. А также рапорты капитана Яковлева, лейтенанта Городина. И заключения медиков о том, в каком состоянии вы, капитан, находились в ту ночь, когда устроили в роте дебош. Здесь все! Правда, в копиях! Оригиналы в сейфе! Не желаете ознакомиться?

Капитан понял, зачем его вызывали на медкомиссию. Палагушину просто необходимо было время, чтобы переломить опасную для его карьеры ситуацию.