Ворожея

Пока щиколотка не натружена, Милава сумеет почти не ковылять. Но вот как долго?

— Поглядим-поглядим, что тут у нас… Вот лепота! Даже старая Белушка яйцо снесла! — донеслось с улицы. Никак хозяйка направлялась в хлев. Ворожея замерла. — Ай да Хохлатый! Добре курей потоптал! Надобно Алеся отблагодарить. И самое лучшее — яйцами! У них, конечно, скотный дворик всем селянам в пример да на загляденье. Но таких яиц и там не сыщется!

Хозяйка приближалась. Сейчас дверь отопрет! Милава огляделась. В углу покоилась небольшая горка сена. Как раз хватит, чтоб схорониться. Ворожея кинулась к нему, но больная нога подвела — и она поковыляла слишком медленно. В этот миг дверь в хлев распахнулась. Внутрь вошла та самая пожилая женщина, что ночью пыталась перекинуть через священный купальский огонь петуха. Она оставила у порога большую плетеную корзину, полную собранных яиц и подошла к буренке. Милава не шевелилась — авось острота зрения у хозяйки уже не та. Сердце выстукивало как умалишенное.

— А-а-а! — завизжала на всю округу женщина, словно подраненный кабан. Милава даже подивилась — откуда силы в столь сухоньком теле на такой пронзительный звук.

— Погодьте, не шумите. Я сейчас все… — попыталась утихомирить хозяйку ворожея. Впусте.

— А-а-а! — пуще прежнего заорала пожилая женщина.

Милава сделала шаг ей навстречу, приставив к губам указательный палец. Но та, выпучив очи, попятилась:

— Ведьмарка! А-а-а! Не подходи! — хозяйка краем глаза глянула на молочную кормилицу, точно пыталась удостовериться, что та в добром здравии, без приметных отметин завороженности.

— Я не ведьмарка… — запротестовала Милава. Она видела, что женщина больше всего на свете сейчас желала унестись прочь. Но коровка, свинка да целая корзина яиц удерживали на месте. Но, как ведомо, лучшая защита — нападение:

— Знаем мы таких «неведьмарок»! Да где это видано, чтобы добрая девица без спросу ночь проводила в чужом хлеву да лик поутру не мыла?

Лик поутру не мыла? Милава провела рукой по щекам и нащупала остатки грязи, кою втирала, дабы волколак не пошел следом.

— Ты не думай, я тебе так просто животину не отдам! Вон отсюда! — заорала хозяйка и трясущейся рукой полезла за пазуху. Никак за оберегом от нечистиков потянулась. Точно! Морщинистая ладонь, вцепившись в талисман-змеевик, выставила его словно щит. Девица горько усмехнулась и направилась к выходу. Женщина отпрыгнула в сторону, только чтобы «ведьмарка» ее не зацепила. — Вон!

Не успела Милава толком переступить порог хлева, как хозяйка выскочила следом, плотно притворив дверь тяжелым чурбаном да вилами.