Договор на тройню

Моя же рука дрожит непонятно от чего, когда я пригубляю крепкий обжигающий напиток.

— Вкус странный у этого кофе, — хмурит брови Марат. Твоя подруга зачем-то туда миндальный сироп добавила. Фу, ну и гадость!

Ба-бах! — что-то разбивается на кухне.

— А-а-а!!! — слышится истерический вопль Стевии. — Марат!!! Помоги!!!

Переглядываемся с миллиардером. Он качает головой, ставит недопитую наполовину кружку и нехотя поднимается со шкуры.

— Пойду гляну, его там с твоей подружкой приключилось.

Мне снова неприятно это уже надоевшее Стевкино перетягивание внимание парня на себя.

Марат выходит из гостиной, а я гляжу на его кружку.

Хм… как бы эта дуреха не подсыпала чего ему. У нее ума хватит. Тем более, я видела пузырек в ее сумке.

Что он там говорил? Миндальный сироп ему подлила? Странно, а мне нет. Мой кофе тоже невкусный, но, полагаю от того, что она туда плюнула, и никак не подсластила.

Тянусь за черной кружкой Марата. Внимательно рассматриваю ее. И правда пахнет миндалем. Прихлебываю. Точно. Кофе сладкий и ароматный. Вот у него по-настоящему вкусный. Пью, глотков десять, наверное, чтобы распробовать посторонний привкус, но ничего так и не могу вычленить из горячей ароматной композиции.

— Мой кофе пробуешь? — вваливается в гостиную Марат. — А может, посыпаешь мне что? Признавайся!

Улыбается развязно, идет на меня, точно таран. Большой, мощный, как медведь.

* * *А у меня уши горят. Еще как горят! Просто полыхают! И к лицу кровь приливает. Черт, особенно к губам! Будто их пчелы покусали. Губы просто сводит от… дикого желания поцеловать!

Эм… это что за внезапный приступ нимфомания такой?! Гляжу на Марата, на его губы, искривленные усмешкой и так хочется по этим губам… провести языком! Хочется приникнуть к ним, чтобы напиться, будто я путник, пробродивший по пустыне все сорок дней без воды.

К слову сказать к странным желаниям целоваться прибавляется еще одно. Жжение внизу живота. Тепло, не мягкое, а коварное, обжигающее, что заставляет внизу все скрутиться в тугую спираль. Еще и соски набухли, грудь налилась, болезненно потяжелела.

Что за чертовщина происходит со мной сейчас?! Я никогда не напивалась до беспамятства, а сейчас такое чувство будто я не кофе, а чего покрепче выпила… Все вокруг кажется каким-то нереальным.

— Ушки порозовели. — хрипло произносит Марат, откидывая от моего лица прядь волос. Отбирает кружку из моих рук, причем его прикосновение будто жалит меня сладостным разрядом электрического тока.