Игры мажоров. Хочу играть в тебя (СИ)

Шведов сузил глаза, его худое лицо заострилось, и на несколько мгновений он стал похож на себя прежнего. Опасного хищника, который вышел на охоту.

— Хорошо, увози ее, — кивнул он, — об остальном не парься. Глеб, дай парню контакт Соболева.

— Это кто такой?

— Кто он, знать тебе не надо. А вот рассказать все о ребятках наших, назвать их поименно и с адресами очень желательно. Просто позвони и скажи, что от меня.

— Сергей Дементьевич, вам нельзя напрягаться, — снова послышался голос невидимого Глеба, — нам сейчас ваш лечащий врач пиздюлей пропишет.

— Не пропишет, — Шведов закрыл глаза и облизал бескровные губы.

— Сергей Дементьевич, — сам не знаю, зачем позвал его. Просто так надо. Он сделал явное усилие и открыл глаза.

— Чего тебе?

— Я на ней жениться хочу, — сказал и замолчал, не понимая, почему сердце так скачет, будто вот-вот выпрыгнет. Но я чувствовал, что должен спросить.

— Ну так женись, чего ждешь, — Шведов закрыл глаза и обессиленно откинулся на подушки.

— Я так понимаю, родительское благословение получено? — уточнил я на всякий случай.

— Спасибо, — кивнул потемневшему экрану.

— Соболеву позвони, — донеслось из динамика, и я нажал на отбой.

Я сразу позвонил, но Шведов каким-то невообразимым способом успел предупредить, потому что Соболев меня уже ждал. Мы не встречались, общались только по видеосвязи. И теперь, когда я вижу его в зале, уверен, что у меня начинаются галлюцинации.

Глава 41-1

Похоже, я вырубился и некоторое время провалялся в отключке. С усилием разлепляю слипшиеся веки и обнаруживаю, что лежу на кровати.

Пробую пошевелить конечностями, но ничего не выходит. Тело будто не мое, ноги и руки задеревенели. Зато мозги, наоборот, расплылись в желе.

С трудом вспоминаю, кто я и что здесь делаю. Приподнимаю голову и тут же падаю обратно, но хотя бы убеждаюсь, что я в больничной палате. Значит, эта тупая гора мяса так и не смогла меня убить.

Ко мне подключены датчики, один из приборов мерно пикает в изголовье. Напротив в кресле сидит отец, откинув голову на широкую спинку.

Дико сушит, но будить отца жаль. Судя по его вымотанному виду, уснул он недавно. И как бы я ни выебывался, оттого что он здесь, в груди ощутимо теплеет.

Снова закрываю глаза и восстанавливаю события вчерашнего дня. Или еще сегодняшнего?

Мы дрались с Коннором, но потом откуда-то взялась Маша. И как обычно с ней бывает, все пошло совсем по другому сценарию.

Она не могла привести ни полицейских, ни спецназ. Тогда кто? Демьян?

Вряд ли.