Проблема полковника Багирова

"

"Я не услышала, как тихо подошел Север, присев напротив меня на корточки, поймал мой взгляд. Несмотря на то, что мы были укрыты тенью, мне стало жарко. От его взгляда стало жарко, воспоминания откинули в сегодняшнее утро, когда я так сладко просыпалась в его объятиях. Мирон без слов, с помощью языка тела говорил, что желает продолжить. Пальцем ко мне не притронулся, но взглядом коснулся самых интимных мест, вызывая тугое напряжение внизу живота.

— Я хочу тебя поцеловать… — сорвалось с его губ, хриплый голос заставил кровь бежать быстрее по венам. Мы сидели очень близко друг к другу, стоило чуть податься вперед — и наши губы сольются в горячем поцелуе. Я обожала его поцелуи, его умелые мягкие губы могут дарить неземное наслаждение. Они обжигают и залечивают душу. Мы застыли на краю, не позволяя себе сделать последний рывок, прекрасно понимая, что это неосмотрительно и рискованно. — Никогда не думал, что мне придется оглядываться на соперника, чтобы поцеловать женщину, — тихо сквозь зубы процедил Север, теряя свою привычную холодность.

Тарик не был ему соперником. У Севера вообще не было соперников, но мои мысли остались при мне. Не из-за того, что он зазнается, Мирон и без моих уверений прекрасно знал, что является лакомой добычей для большинства женщин. Север не из тех, кто ничего не может добиться в жизни, если уйдет со службы. Он не сопьется и не пропадет на гражданке. Красивый, здоровый мужик, да еще и при деньгах — с ним любая женщина будет как за каменной стеной. При желании он давно мог уволиться из армии, полностью посвятить себя бизнесу, которым владел. Насколько мне известно, его дела идут хорошо. Откуда я это знаю? Папа как-то за ужином предлагал Юрке открыть профессиональные автомастерские с магазинами автозапчастей, а брат раздраженно ответил: «Перестань подгонять меня под Багировых, я не стану ни Ярославом, ни Мироном».

Я хочу стать той женщиной, которая будет делить с ним не только постель, но и жизнь…

Жаль, что это невозможно: все рассыплется, когда Север узнает, что я Каручаева. Я не хочу признаваться. Пусть временно, но мы вместе. Для него мое молчание будет подтверждением, что вся наша семья не отличается порядочностью.

— Мне нужно уйти, — взял в руки мои пальцы и несильно сжал. Я не нарушала повисшую паузу. Мирон словно боролся с собой, прежде чем продолжить: — Но я не хочу оставлять тебя с ним наедине, — тряхнул головой.

Мне хотелось знать, куда собрался Север, что он планирует предпринять, ведь несложно понять: он не успокоится, пока не отыщет пути отхода. Его задача — вывести нас всех отсюда живыми.

— Иди, если надо, со мной все будет хорошо. Мы с Тариком много времени провели наедине, он ни разу меня не обидел, — о том, что мы с ним только что поссорились, не стала вспоминать.