Шах и мат

Меня беспокоит, что я замечаю его отсутствие в своей жизни. Могла бы беспокоиться и больше, но занята как никогда в жизни.

После Открытого чемпионата Филадельфии Дефне меняет мой распорядок. Теперь я провожу больше времени с гроссмейстерами (включая Оза, который, конечно, в восторге), чтобы разобрать слабые моменты моей игры. Еще меня заставляют играть в шахматы онлайн, чтобы повысить навыки, и проводить почти ежедневные матчи с меценатами «Цугцванга».

– Тебе больше подходит учиться в процессе, – говорит мне Дефне.

И она права. Я быстро набираюсь опыта: позиционная игра и стратегия теперь даются мне с легкостью.

– Кто бы мог подумать, что осознанное взращивание таланта способствует его развитию, – с сарказмом замечает Оз.

В качестве мести уминаю целую пачку цельнозерновых чипсов у себя за столом.

Значительную часть времени я провожу за воспроизведением старых партий.

– Спасибо, что не купила сливки, о которых я просила, – обижается Сабрина, а я целый час словно в тумане прошаталась по магазину, пытаясь понять, мог ли Салов спасти своего коня в 1995-м.

Я так много тренируюсь, что не могу перестать думать о шахматах даже ночью. Разные комбинации не выходят из головы даже после вечера, проведенного за разбором эндшпилей Карпова, и я почти рада быстро поглотившему меня сну, в котором вижу разочарованные темно-зеленые глаза.

В последнюю неделю сентября по утрам прохладно, и я достаю свой любимый синий шарф, который Истон связала для меня в свой непродолжительный период увлечения вязанием. («Некоторых петель не хватает. Считай моей творческой вольностью».) Я делаю селфи и отправляю подруге – в ответ, к своему недовольству, получаю только эмодзи в виде сердечка. Мы не говорили больше недели, поэтому я расстраиваюсь еще больше, когда на мой вопрос: «Как делишки?» – она вообще не отвечает. Час спустя наконец приходит долгожданное оповещение, но это всего лишь Хасан: интересуется, не хочу ли я пересечься в выходные.

Не знаю почему, но ничего ему не отвечаю.

Когда захожу в офис, Оз в первый раз не у себя за столом.

– Он на турнире, – объясняет Дефне.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не надуть губы от обиды.

– А почему я не могла пойти с ним?

– Потому что твой рейтинг на дне океана. Большинство элитных турниров или рассылают именные приглашения, или придерживаются строгих критериев допуска.

Я позволяю себе обиженно надуть губы.

– Ты – исключение из правил, Мэл. Большинство игроков учатся постепенно, и рейтинг растет вместе с ними. Но даже если ты будешь только и делать, что побеждать, не спать и не есть, тебе все равно потребуется несколько лет, прежде чем твой рейтинг будет отображать реальные навыки. – Дефне хлопает меня по плечу.