Тайны мадам Дюбуа

Осмысленно кивала, сжимала ладошку брата и вообще держала себя молодцом."

"Глядя на нее я даже устыдилась. Софи – не я, а я – не моя мать. Если у мамы с отцом не получилось выбраться, живыми – это не значит, что не получится у нас с Жаном! И я действительно намерена была вернуться к детям через два часа – хоть с того света!

Жан наверху злился и велел гребцам уплывать – те и правда тронулись, хоть и крайне нерешительно. Но я вполне успела обнять обоих детей и ухватиться за треклятую лестницу, чтобы подняться обратно.

Взобраться через аварийный шлюз на «Ундину» Жан мне помог молча и без лишних слов. Только глаза его на всех известных мне языках кричали все, что он обо мне и моем несносном поведении думает. Но его взглядов я давно уже научилась не бояться.

Проводив глазами уходящую в туман лодку, я погладила мужа по щеке и ласково поцеловала. Объяснилась:

– Вальц не верит тебе, ты же знаешь. И, если не увидит меня рядом с тобой, обо всем догадается. Я не могу тебя бросить… Ты же помнишь: все равно куда – главное, что вместе.

И глаза его потеплели, как теплели всегда, когда он на меня смотрел. Жан коснулся сухими губами моего виска и шепнул:

– Идем.

* * *

Тревогу – по крайней мере, к нашему возвращению – Вальц не забил, и это внушало надежду.

Мы едва успели: только закончился обед в зале ресторана, и Вальц попросил всех пассажиров задержаться «для выяснения некоторых деталей, касающихся смерти мадам Гроссо». Он вел себя в соответствии с нашим планом и зорко, въедливо следил, чтобы мы вели себя так же.

Вальц определенно ждал моего появления в ресторане. Лишь завидев меня, чуть успокоился. Определенно не зря я осталась с мужем.

– Стюардов я тоже попрошу остаться! – оповестил Вальц, когда один из них собрался выйти. – Это займет самое большее час, господа. Разговор будет непростым, зато к концу его, уверен, мы выясним, кто виновен в смерти мадам Гроссо.

По залу прошел неодобрительный гул, но все подчинились.

Устроившись за крайним от дверей столиком, я попросила стюарда подать мне чашку кофе и оглядела присутствующих. Тот, ради кого господин Вальц начал это собрание, был на месте, к счастью.

Ева Райс, случайно или намеренно, сидела за столиком вместе с месье Муратовым, и он, наклонившись к ее уху, рассказывал что-то. Кажется, эти двое сумели примириться.

Нашла я взглядом и господина Эспозито, неприметно устроившегося в дальнем углу, и даже креолку Аурелию, что в ярких своих одеждах подпирала стену дверей.

Американец мистер Макгроу, вальяжно устроившись в кресле, неподалеку от моего столика, раскуривал пахучую сигару и пускал к потолку аккуратные колечки дыма. Дамы поблизости морщили носики, но были слишком хорошо воспитаны, чтобы сделать замечание.