Не смей меня... хотеть

И вот вопрос: когда успела? Она же только-только в себя пришла после алкогольной интоксикации! Она же тут у меня с похмельем борется посредством маминых печенек! Когда она умудрилась вляпаться-то? По пути, что ли, когда ко мне топала со своего края поселка?

— Стоять, — командую я, становясь в дверях и пресекая таким образом любые попытки бегства, — рассказывай давай!

— Ой… Не нуди, мамочка, — закатывает Риска глаза, — все нормально…

— Кто он? Из наших? Из ваших? Давай, показывай, фотка наверняка есть!

— Не буду! — возмущается Риска, — и там даже показывать нечего! Он дурак и сволочь! И я не собираюсь ничего с ним…

— Черт… — хватаюсь я за щеку, — значит, точно из наших кто-то…

И, так как кандидатур не особо много, тем более, тех, что хотя бы на глаза показывались в ближайшее время, то два и два сложить нетрудно.

Пристально смотрю в глаза Риске, и с ужасом понимаю, что права оказалась!

Сомик, чтоб его, придурка длиннорукого, перекосило!

— Да как вы успели пересечься-то? — поражаюсь я.

— Ну… — вздыхает Поняшка, сдаваясь, — он у дома караулил… И в сети написывал…

— Давно?

— Написывал с позавчерашнего дня… А ждал сегодня…

— Бляха… — я тяну ее за руку, сажаю рядом с собой на кровать, — показывай.

— Нет, — упрямится Поняшка, краснея, из чего я делаю вполне логичный вывод, что гад Сомяра написывал ей что-то явно непристойное. Вот скот! По совсем малолеткам пошел! Всех студенток , со второго по пятый курсы включительно, уже в кровать перетаскал, и теперь за первокурсниц принялся! И чего к Поняшке-то пристал? Зацепило, как феерически обломала? Решил справедливость восстановить? — Нечего там показывать… Бред один.

— Брату говорила?

— Ты с ума сошла? Чтоб Игореха его побил? У него и без того от папы последнее китайское. Еще один залет — и в военку уедет… Папа обещал.

— Ладно… Я с ним поговорю.

— Нет! — пугается Поняшка, — я сама! Да и нормально все, чего ты всполошилась? Я же не дура, говорю тебе, все с ним сразу понятно… Простой, как пять рублей.

Я в корне не согласна с таким определением Сомика. Был бы он простым, не выворачивался бы с таким умением из не самых лайтовых ситуаций, в которые попадал с завидной регулярностью.

— И вообще… Чего обо мне думаешь? О себе беспокойся! Тебе , вон, на свидание нечего надеть… Скажешь, кто он? Я знаю? Видела?

— Нет… — машинально отмахиваюсь от вопросов, иду к шкафу и снова его гипнотизирую, надеясь, что осенит с одеждой.

— Ладно, я пошла, — Поняшка кидает взгляд на загоревшийся экран телефона, — Игореха потерял.