Отбор с осложнениями

На капитана ястребов он не злился, отлично понимая, что по своей воле тот ни за что бы не явился на отбор невест. Стоило только вспомнить, через что пришлось пройти прославленному вояке, как принц начинал искренне сочувствовать ему. А вот на отца Вилли был зол. Почему не сказал ему? Почему не предупредил? Так привык никому не доверять, что даже собственный сын оказался под подозрением?

Он вздохнул и с тоской покосился на Милану Фонжевьен. Та, впрочем, неизменно радовала глаз. Сегодня на ней было платье бежевого цвета, украшенное тончайшей золотистой вышивкой и подчеркивающее все влекущие изгибы молодого тела.

Однако Вилли поймал себя на мысли, что любуется леди Фонжевьен как-то отстраненно. Да, хороша, но… не его. И желания сделать ее своею не было.

Кто знает, что тому виной. Может, он повзрослел, и теперь ему хотелось видеть рядом не только красивое тело, но и друга, с которым можно было бы поговорить, пошутить, или вовсе — сбежать с бала, чтобы поглазеть на белую лошадь…

— Прекрасный день, не правда ли? — вынужденно улыбнулся он.

— Верно, — подтвердила Милана.

Между ними снова повисла пауза.

Однако девушка не спешила ее разбивать ненужной болтовней, и Вилли был ей благодарен. Кажется, она вовсе не испытывала неудобства от тишины, повисшей между ними, а может, чувствовала, что ему не хочется говорить."

"Они подошли к скамейке в тени ротонды и, не сговариваясь, сели. Леди Фонжевьен прикоснулась пальчиками к бутону кремовой розы, и комплимент сам сорвался с губ Вилли:

— Вы чудесно выглядите, Милана, — сказал он. — Всегда разная и всегда красивая.

— Спасибо, — поблагодарила она с улыбкой. И это тоже понравилось Вилли — она не стала смущаться или отнекиваться, как делали некоторые девушки, уверяя, что они нисколько не хороши, так что он начинал сам сомневаться в своих словах или подозревать, что тем самым они напрашиваются на похвалу снова.

— Мне понравилось как вы выступали на творческом конкурсе, — продолжил он, чтобы не молчать. Она на самом деле красиво танцевала и выглядела свежей как сама весна. И на конкурсе эрудиции блистала, и на ее приеме обошлось без жертв. Милана Фонжевьен была прекрасной кандидаткой на победу. Единственной.

Не считать же командира ястребов, в самом деле. Однако при мысли, что она станет его женой, Вилли захотелось взвыть от тоски.

Он посмотрел на Милану, такую юную и цветущую, прекрасную во всех отношениях, и наконец осознал, что сердце его принадлежит другой.

— Но… — Вилли замялся, не зная, какие подобрать слова.

— А знаете, как мне удается хорошо выглядеть? — спросила Милана.

— Нет, — покачал он головой, удивляясь внезапной теме. Все же девушки предпочитают держать свои ухищрения в секрете.