Пиранья

Отпусти по-хорошему, ладно? Как бы официально спиши на берег… Понимаешь? Чтобы мы разошлись без всяких обид и последствий…

Мазур посмотрел на него внимательно. Очень внимательно, без всякого добродушия в лице. Поднялся с кресла, не спеша преодолел разделявшее их расстояние, склонился над съежившимся в кресле французом и спросил с расстановочкой:

– Ты куда гнешь, ветеран Индокитая?

– Сам знаешь, – тихо ответил Пьер. – Джимми, если ты – обыкновенный бродячий авантюрист, то я – танцовщица из «Фоли-Бержер»…

Совсем тихо, с неприкрытой угрозой Мазур спросил:

– Интересно, ты понимаешь, что бывает с болтунами?

– А разве я болтаю на каком-нибудь углу? – спросил мгновенно покрывшийся крупным потом Пьер.

 – По-моему, я тебе ничем не навредил и не собираюсь… Джимми, у меня нет ни малейшего желания ни во что впутываться. У меня совсем противоположная жизненная задача: выжить бы, а если при этом и денег заработаешь, совсем хорошо… Вот я тебя и прошу: отпусти по-хорошему, официально, что ли… Чем угодно клянусь: я про тебя забуду моментально, едва отойду на десять метров…

Мазур усмехнулся:

– Интересно, с чего ты взял…

– Вы со Слаем неправильные.

Оба, – сказал Пьер с видом человека, рискнувшего сделать последнюю, отчаянную ставку. – Понимаешь, бродяги не такие. Вяленые, что ли. Жилистые. А вы совсем другие. Вы явные горожане, сильные, загорелые, хваткие… но совсем другие. Уж я-то насмотрелся на неприкаянных бродяг и профессиональных авантюристов… Вы у нас проездом. И дела у вас другие…

– Наблюдательный ты наш… – сказал Мазур. – И не боишься, что я тебе голову оторву?

Пьер робко улыбнулся:

– У тебя была масса возможностей.

Но ты ими что-то не воспользовался. Может, и сейчас обойдется… Ну зачем тебе меня убивать?

– Понял я, кажется, – кивнул Мазур. – И оставаться со мной боишься, и смыться без разрешения… А?

– Ну да, вот именно… Джимми, я ведь ничего не знаю и ни во что не лезу… Мне бы уйти…

А в самом деле, что с ним делать? Не убивать же? Поддаваясь шпиономании, можно допустить, что и он, согласно строчке барда, майор разведки и прекрасный семьянин… но не похоже что-то. Весь он, как на ладони. И встреча их произошла чисто случайно, вроде бы и ничего он не пытался выведать… В конце концов, веди он свою игру, кто ему мешал тихонечко ускользнуть? Уж наверняка не старуха стояла на пути, она вообще не брала на себя функций цербера…

– Ладно, – сказал Мазур.

 – Черт с тобой. Чует мое сердце, что уже сегодня мы с тобой разойдемся в разные стороны… да не трясись ты так, нет тут никакого кровавого подтекста! Пойдешь куда глаза глядят, только смотри у меня: и в самом деле напрочь обо мне забудь, жертва вьетнамской кампании…

Пьер прямо-таки просиял.