Пиранья

— Вундеркинд, — сказал Лаврик едва ли не растроганно. — Ну что же, нет ничего нового, что тебе следовало бы знать. Чтобы тебе на такси не тратиться, я за тобой пришлю машину. Слушай внимательно…

— Выслушал, — сказал Мазур, когда Лаврик закончил.

— Теперь так… Будешь звонить Русалке, скажи ей строго то, что я тебе сейчас скажу. Усек?

— Не первый год замужем, — сказал Мазур. — Валяй.

Когда Лаврик отключился, Мазур спокойно выкурил сигарету и набрал номер Олеси. Она откликнулась после двух гудков. Голос, как и в прошлый раз, был спокойным — но напряженность таилась где-то в глубине.

— Вот и я, милая, — сказал Мазур. — Можно сказать, в двух шагах, посреди некоторой цивилизации. Все нормально, все спокойно, я в полной безопасности… вот только приключилась маленькая неприятность. Одна из тех, которые заранее предвидеть никто не может, даже я.

— Что случилось? — вот теперь настороженность и тревога прорвались наружу.

— Да пустяки, — сказал Мазур. — Дела это не касается и нисколечко ему не вредит. Неприятность, можно смело сказать, чисто личного характера.

Пустяк. Так что не беспокойся, я тебя умоляю, не из-за чего, честное слово. Все идет, как по накатанной.

И явственно расслышал, как она облегченно вздохнула — в сторону, конечно, не в трубку. Быстро сказала:

— Когда ты приедешь?

— Послеобеденным поездом, — сказал Мазур. — Я бы тебе сказал точное время, но ты же сама знаешь здешние поезда, даже самые комфортабельные, не делают культа из расписания… Словом, после обеда.

— Отлично. Тут же позвони с вокзала. Я пришлю машину.

— Конечно, — сказал Мазур.

 — Черт…

— Что такое?

— Батарея дохнет. Негде было подзарядить, а здесь не успел еще.

— Ну ладно. Звони с вокзала.

«Нежная и удивительная!» — припомнил Мазур фразу из классиков, откровенно ухмыльнувшись. Позвоню, конечно, мы люди завсегда исполнительные. Не с вокзала, правда, но непременно после обеда…

Теперь пора было подумать и о респектабельном внешнем облике — здесь он в своем наряде как раз привлекал гораздо больше внимания, чем в глухомани. Особо мудрствовать не следовало: он собирался поступить в стиле героя одного из своих любимых романов — геолога, придумавшего простой и гениальный способ наводить на себя респектабельность, после окончания полевого сезона выйдя из тайги в затрепанной, прожженной у костров спецодежде и стоптанных сапогах.

Ловится такси. Водителю дается инструкция ехать «в большой универмаг не в центре». И примерно через полчаса оттуда выходит вальяжный субъект, даже при шляпе и галстуке, а ненужная больше одежда отправляется в ближайшую урну.

Так он и поступил.