Пиранья

Жандармы и не тормознули — видимо, еще не получили приказа на опрос соседей. Если подумать… Кто-то мог видеть, как из домика, от которого остались одни головешки, в домик байкеров переходил чуточку странный человек: в костюме и при галстуке, одна нога обута, другая в гипсовой повязке, но ступал на нее сей персонаж, как на здоровую.

Но это не обязательно даст зацепку здешним следакам — если им вообще об этом расскажут. Во всем мире обыватели не горят желанием долго откровенничать со шныряющими по их району или дому сыщиками. Кроме того, ближайшие соседи — та матрона с пострелятами-близнецами и респектабельный пожилой негр в золотых очках, у которых взрывной волной из-за жандармских игр повышибало все стекла, могут вообще послать сыскарей подальше, здешний средний класс может себе это позволить.

Так что не стоит забивать голову еще и этим…

Эпизод пятый. Пердимонокль

И из бульварных газет, и из засекреченных обзоров, и по собственным наблюдениям, наконец, Мазур знал, что главная головная боль «наших за границей» — аборигены. И отнюдь не африканские или азиатские, а вполне себе европейские.

Не так уж редко там, где российский, извините за выражение, бизнесмен (а их нужно называть именно российскими, пусть даже с риском разозлить ура-патриотов: в понятие «новые русские» входят и старые евреи, и пожилые башкиры, и молодые калмыки, и масса других персонажей, порой экзотов) хочет оттянуться, как привык дома, в компании соотечественников, все же обнаруживаются эти хреновые лягушатники, колбасники и прочие макаронники, лопочут по-своему, неодобрительно глядят на русское веселье и вообще загоняют тоску своей чопорностью. Но ничего тут не поделаешь: даже наши олигархи (как и арабские шейхи) не в состоянии скупить весь Сен-Тропез или Куршавель."

"Можно поступить по-другому: устроить оазис. Наподобие закрытого английского клуба, куда на совершенно законных основаниях можно не допускать посторонних. Так произошло и в Маджили в том числе. Пару лет назад делавшие здесь гешефты соотечественники наподобие Олеси с компанией купили не так уж задорого потихоньку загибавшийся трехзвездочный отель (довольно красивое трехэтажное здание колониальной постройки), снаружи провели лишь косметический ремонт, а внутри отделали так, что ему следовало бы присвоить и несуществующую шестую звезду.

Огромная вывеска «РУССКАЯ ТРОЙКА» была исполнена на русском языке и дополнена красочным изображением этой самой тройки, выполненным за бешеные бабки супермодным столичным живописцем. Секьюрити, повара, вся прислуга и цыганский хор привезены из России. Иностранцы (а уж тем более местная элита) сюда не допускались ни под каким видом.