Пиранья

Значит, чья-то умная головушка уже сложила два и два, эксперты подмогнули, и янкесы знают, что…

«Сука, — подумал он потом, глядя на неподвижное лицо девушки без тени сочувствия. — Витрина ей понадобилась…»

Ни сочувствия, ни сожаления. Эта стерва его хладнокровнейшим образом выставила в качестве живца. Команданте лупил в него первого, искренне полагая главным, и, не будь у Мазура кое-каких полезных навыков, не будь кое-какого специфического жизненного опыта, он первым словил бы приличную дозу свинца… Сука, стерва… Интересно, она это придумала позже или сразу, в том городишке? Очень может быть, что сразу, девочка, согласимся, неглупая… была.

Доподлинный австралийский мореход-бродяга первым бы и лег…

Он приподнялся, сгруппировался, «щучкой» выпрыгнул в окно. Упав на твердую землю, тут же перевернулся, вскочил, пригибаясь, перебежал за угол дома.

Бабахнули ружейные выстрелы — это давешний колхозник, мичуринец хренов, враз стряхнувший безразличие и оказавшийся определенно не глухим, стоял во весь рост посреди неизвестных злаков и ожесточенно палил в сторону Мазура из длинной винтовки.

Стрелок из труженика полей был хреновый — но не следовало позволять ему и дальше развлекаться этаким вот образом. Мазур без всякой жалости поднял автомат и короткой очередью повредил вояке обе нижних конечности, отчего тот завалился в посевы и заблажил там нечеловеческим голосом.

Если в чащобе укрылись другие, эти вопли прибавят растерянности и определенной нервозности… Мазур наугад полоснул по лесу длинной очередью — авось кто-нибудь решит, что замечен, и дернется, обозначит себя…

Нет, никакой реакции.

Но ведь нельзя валяться тут до морковкиного заговенья!

Мазур короткими перебежками бросился к джипу, вертясь так, чтобы охватить взглядом все окружающее на триста шестьдесят градусов. Момент был самый рискованный — и пешком идти нельзя, нужно добраться до машины, и настал тот миг, когда при удаче подстрелить его легче легкого. Но ничего тут не поделаешь…

Текли секунды, а он все еще был жив, и никто не стрелял из чащи, и, если бы крестьянин не орал благим матом, стояла бы совершеннейшая тишина…

Мазур достиг джипа, и стало чуточку полегче — теперь огромная американская машина прикрывала его с одной стороны.

Прижавшись спиной к теплому железу дверцы, держа автомат наготове, вслепую, на ощупь вставил ключ в дверной замок, повернул, отпер. Одним рывком распахнул дверь, вскочил на сиденье, с маху вставил ключ. Взревел мотор. Перекинув рычаг на руле, Мазур врубил задний ход, так что могучая машина прыгнула в хваленом «полицейском развороте».