Пиранья

И чуточку нахмурился: — Сеньор Стьюгенботтхед… простите, до чего же варварскую фамилию вам подобрали! Можно, я буду называть вас попросту Джоном? Вас не коробит такая фамильярность? А вы, в свою очередь, можете называть меня попросту Хуаном… Смешно, но это ведь одно и то же — Хуан и Джон? А быть может, и не смешно, а символично… Ничего, если я буду называть вас Джоном?

— Сделайте одолжение, — настороженно сказал Мазур.

— Так вот, Джон, в первую очередь хочу вас дружески предупредить — не нужно глупостей, ладно? Не надо стрелять в меня или пытаться сломать мне шею каким-нибудь ужасным приемом из арсенала Джеймса Бонда.

Договорились? Во-первых, у меня не только дети, но уже и внуки, каково им будет лишиться отца и деда? А во-вторых, эти сеньоры, — он поднял руку и указал куда-то за спину Мазура, — быть может, и уступают вам в подготовке, но бывали в переделках, видывали виды, и их никак нельзя назвать деревенскими растяпами.

Мазур чуть повернул голову. В коридоре стояли двое — один с пистолетом в руке, второй — без. Молодые ребятки на вахлаков и в самом деле не похожи…

— Ну что вы, капитан… Хуан, — сказал Мазур медленно.

 — Зачем же мне в вас стрелять или ломать шею… вот так сразу? Простые приличия, да и любопытство, требуют, чтобы я, по крайней мере, узнал сначала, с чем вы ко мне пришли…

— С деловым предложением.

— А конкретно?

— Знаете, я все же уважаю американцев, — сказал капитан Агирре. — У вас умеют готовить людей. Когда вы появились в облике австралийского бродяги, даже я, при всем моем, скромно замечу, немаленьком опыте готов был принять вас за настоящего лесного странника.

Но потом все стало ясно… Вы ведь именно там вышли на контакт со своими? С покойной, как мне, увы, представляется, сеньоритой Хагерти и покойным сеньором Смитом?

— Да о чем вы? — спросил Мазур, глядя, как двое молчаливых субъектов входят в комнату и останавливаются по обе стороны дверного проема, один по-прежнему с пистолетом, другой по-прежнему без.

— Не беспокойтесь, — сказал капитан Агирре. — У моих парней много достоинств, но знание иностранных языков в их число не входит. Ни слова из нашего разговора они не понимают, так что мы можем говорить совершенно свободно… Значит, вы один уцелели, Джон? А где микросхемы?

— Какие еще микросхемы?

— Которые вы выкупили у команданте Рамона.

А команданте, в свою очередь, прихватил с вашего разведывательного самолета, когда громил базу.

— Ничего не понимаю, — сказал Мазур, прекрасно понимая, что влип так, как здесь еще не влипал."

"— Ну, бросьте, Джон, — сказал капитан Агирре. — Оцените лучше должным образом мое благородство и дружеское расположение.