Пиранья

 — Ну, а что же это все-таки? В самом деле, золотой галеон?

— Бриллианты.

— В море? — с сомнением спросил Мазур. — А как они туда попали?

— Милях в ста от побережья, возле одного из островков в сорок пятом году затонула немецкая подводная лодка. Перед самым концом войны. Она выполняла какую-то секретную миссию. И в сейфе у капитана лежали бриллианты, предназначавшиеся кому-то здесь… надо полагать, не рядовому агенту. О ней все забыли, вернее, не знали толком, где именно она пошла ко дну.

— Ага. И кто-то продал твоему отцу совершенно точную карту…

— Не совсем.

Понимаешь, несколько лет назад он очень помог одному человеку… вытащил его из серьезных неприятностей, потому что с тем человеком поступили несправедливо, он был не виноват, так впоследствии и оказалось… А полгода назад он приехал к отцу. И рассказал о себе. Он и был офицером на той лодке. Единственным, кто уцелел, когда ее потопили. У него совершенно не было денег, а у отца — пусть и немного, но для такой экспедиции достаточно… почти. Отец взял в долю дона Хайме, но они поссорились, я тебе уже рассказывала…

— Интересно, — сказал Мазур.

 — Подводная лодка, говоришь…

Кристина быстро сказала:

— Существовала такая лодка, я проверяла. Каждая немецкая субмарина носила свой номер…

— Я знаю. Моряк как-никак.

— Ну вот… Я искала в архивах… Лодка под этим номером и в самом деле по всем бумагам проходит пропавшей без вести, по времени все совпадает — она и в самом деле ушла в Атлантику и никогда не вернулась. Весь ее экипаж с тех пор тоже так и числится пропавшим без вести… Я посылала запросы — это нетрудно было замаскировать самым обычным сбором материала для работы, никаких подозрений… Была такая подлодка.

И исчезла.

— Ну, этому я верю, — сказал Мазур. — А вот твой немец у меня, уж прости, сразу вызывает подозрения. В свое время, да будет тебе известно, объявлялся доподлинный кок с «Марии Целесты»… слышала про «Марию Целесту»?

— Ну, разумеется.

— Вот только очень быстро выяснилось, что кок-то липовый… А «пассажиров «Титаника» в свое время шлялось по репортерам столько, что и сосчитать невозможно. В истории мореплавания масса самозванцев… А мнимых кладов не меньше, чем на суше.

Кристина прищурилась:

— А что, не было реальных морских кладов?

— Сколько угодно, — вынужден был признать Мазур.

— Вот видишь…

— И все же… Кинематографом попахивает. Или — авантюристом, который…

— Хочет вытрясти из нас денежки? — понятливо подхватила Кристина. — Мы и сами об этом думали, и я не ребенок и отец — человек с обширным жизненным опытом… Понимаешь ли, Джонни, дела обстоят так, что особых денег этот немец из нас не выудил. Он, если точнее, вообще не получил от нас ни гроша наличными.