Таня Гроттер и посох Волхвов

– Ай, мамуля, меня нельзя бить! Я судьбоносец! – запищал Халявий и на четвереньках кинулся спасаться бегством. За ним гналась гневная Дурнева и ее прихехешница такса, выбравшаяся ради такого случая из-под дивана. Пипа, схватив подушку с кресла, тоже приняла участие в погоне, колотя своим оружием направо и налево.

Следующие несколько минут несчастного судьбоносца гоняли по всей квартире и вытрясали из него пыль до тех пор, пока Халявий, стряхнув пиявкой вцепившуюся ему в пятку таксу, не догадался скрыться в туалете. Щелкнул шпингалет.

– А ну открывай! Хуже будет! Открывай, кому говорю! – вопила тетя Нинель, колотя в дверь кулаками.

Халявий не открывал. Слышно было, как он судорожно дышит и в тоске скребет кафель.

– У-у-у! Какие вы все гады, то ись! – выл он.

Выместив на неповинной двери свое негодование, тетя Нинель малость успокоилась и, повернувшись, пошла назад в комнату, где ее уже ждал безутешный Дурнев. Он стоял у бара и наливал себе коньяк.

– Возвращаясь к предыдущей теме про новую работу… Бутылки из-под коньяка «Наполеон» принимают или как? – спросил он, с грустью заглядывая в горлышко.

– Герман, ты что? Возьми себя в руки!

– А что, разве я не должен осваивать азы бомжевания? По-твоему, эта вот бутылка хуже пивной стекляшки? – сказал бывший депутат и пригорюнился. Коньяк уже начинал вышибать из него слезу.

Внезапно из коридора послышался грохот. Было похоже, что в туалете взорвался боеприпас малой мощности.

Поминая Халявия незлым тихим словом, Дурневы в полном составе ринулись на шум. Тетя Нинель занесла было кулак, вновь собираясь барабанить, но, прежде чем она это сделала, дверь открылась сама.

Тетя Нинель опешила от такой наглости.

– Падайте ниц, жалкие черви! Я царь Мидас! – сказал Халявий низким голосом, с некоторой брезгливостью глядя на них снизу вверх.

Проскочив мимо царя Мидаса, дядя Герман прошмыгнул в туалет, собираясь оценить масштабы разрушений. Тем временем Пипа и тетя Нинель почти уже набросились на самодержца, но тут их отец и кормилец возбужденно завопил:

– Нинель, Пипа, идите сюда! Скорее! У нас унитаз золотой!

– Герман, ты рехнулся? – всполошилась Дурнева, решившая, что ее супруг тронулся умом.

Она распахнула дверь и замерла на пороге.

Директор фирмы «Носки секонд-хенд» и по совместительству король вампиров стоял на четвереньках, почти уткнувшись носом в бачок, который, как и унитаз, был теперь отлит из тусклого, очень знакомого и так много обещающего металла.

– Чистое золото! Золото! Нинель, мы спасены! – восклицал Дурнев.

– А ты откуда знаешь? Вдруг это подделка? – недоверчиво спросила тетя Нинель.