Венец безбрачия

После зала, который мы прошли, был ещё маленький коридорчик и уже там чувствовался мерзкий запах гниющего мяса и каких-то весьма вонючих лекарств. Я на мгновение замерла перед дверью в комнату, но лекарь достаточно невежливо слегка подтолкнул меня в спину:

- Поторопитесь, госпожа графиня, он не долго останется в сознании…

***

Окна в комнате были распахнуты, но запах болезни казался ещё плотнее именно потому, что его периодически перебивал тёплый летний ветерок, шевелящий шторы.

До сих пор я не видела капитана, только слышала о нем. Сейчас, глядя на этот обтянутый жёлтой кожей скелет, трудно было поверить, что иссохшая эта мумия – капитан охраны.

Чудовищно раздутая, отливающая жирным глянцем рука существовала как бы отдельно от тела и располагалась на дополнительной подушке.

На табуретке у кровати стояли банки с мазями, лежали нож, похожий на скальпель и ещё какая-то жутковатая железяка. Все это освещалось тремя свечами. Рядом, у изголовья - таз с грязной водой, в которой мокла измазанная желто-зеленым гноем салфетка.

Человек на постели, как мне показалось, был без сознания. Лекарь со мной в комнату не вошёл, и я растерянно оглянулась на запертую дверь думая, не стоит ли позвать его.

Тихий шипящий голос остановил меня:

- Мне было видение…

Я резко повернулась к кровати и при трепещущем от ветерка пламени свечей еле разглядела, что веки раненого сжаты не плотно: под опущенными ресницами виднелась узкая полоска глаза. Я стояла, не зная, что сказать или сделать, а капитан начал тихо и медленно говорить, постоянно делая паузы и как бы собираясь с силами:

- Видение… Бертольд сказал, что надежды нет… я хочу… я хочу облегчить совесть… и душу.

..

Он облизал губы языком, который показался мне сухим и почти чёрным. Я спросила:

- Дать вам напиться?

- Смочить… смочить губы…"

"На столе стояла чашка с каким-то питьем и торчащей из неё ложкой. Я попробовала влить ему в рот немного воды, но он слабым движением отвернул лицо и пошлёпав тонкими губами просто размазал жидкость, позволив тонкому ручейку стечь по неряшливой щетине подбородка на рубаху.

- Не принимает… тело не принимает…

Он говорил очень-очень медленно, часто повторяя собственные слова, и в какой-то момент, как мне показалось, потерял сознание.

Я снова взяла чашку и аккуратно провела влажной ложкой по истончившимся губам. Веки капитана дрогнули, и он продолжил.

Как я и подозревала, он был любовником вдовствующей графини. Связь их началась около пяти лет назад и к эспанцам придумала обратиться именно госпожа Аделаида. Правда, все пошло совсем не так, как она ожидала, и вместо того, чтобы убить Леона, а Антонио сделать наследником, маленькую графиню из замка Шартонг собрались выдать за старика.