Венец безбрачия

Ангелика же не отказала себе в маленьком удовольствии, и купила довольно странную с моей точки зрения штуку: молочный лёд, политый мёдом.

Это ледяное месиво пользовалось необыкновенной популярностью и я поняла, что это такой прообраз мороженого. Порывшись в памяти, вспомнила пару рецептов и пригласила юную баронетту вместе с матерью приехать к нам Леоном на Рождество:

- Не знаю, повезёт ли с погодой, но обещаю побаловать вас другим холодным лакомством.

Я не была уверена, что смогу найти здесь аммиачную селитру для охлаждения массы, да и взбивать домашнее мороженое придётся ручками, без всякого миксера, но до приезда гостей у меня будет время потренироваться…

***

Дорога домой была длинной, но совсем не скучной.

Всё же в столице наши дни были заняты визитами и поездками, а в дороге мы принадлежали только друг другу…

Глава 62

Дома мы с Леоном пробыли около недели. Отдыхали с дороги, узнавали новости и по-прежнему много времени проводили друг с другом. Всё же у мужчин количество хозяйственных забот зимой резко падало.

Я уже начала мысленно прикидывать, как именно следует украсить замок к Рождеству, как Леон получил письмо с курьером от человека, которого видел два раза в жизни: ему написал барон Леопольд Джарвис.

Курьера отправили отъедаться и отдыхать на кухню, а Леон распечатал письмо и, чуть повернув листок к пламени камина, возле которого мы проводили вечер, быстро пробежал взглядом. Я заметила, что муж хмурится и явно недоволен известием.

- Что случилось, Леон?

- Ничего страшного, дорогая… Я со всем разберусь.

И тут я разозлилась так сильно, как не злилась уже давно!

- Ты считаешь меня дурой?! Каждый раз я должна упрашивать и уговаривать, чтобы ты мне что-то рассказал! Ты даже так и не дал мне прочитать завещание отца! Ты действительно думаешь, что я не гожусь больше ни на что, кроме удовлетворения тебя в постели?!

По растерянному лицу мужа я видела, что меня несёт куда-то не туда.

.. Но остановиться не могла! Я покричала ещё несколько минут, вываливая на него всё, что накопилось в душе, после этого швырнула чашку с остатками травяного взвара прямо в камин и отправилась к себе в комнату, нарочно не замечая все попытки Леона заговорить со мной…

Почему-то в этот раз я не просто злилась на мужа, но ещё испытывала сильную обиду за такое недоверие.

Бросилась на кровать и разревелась, жалея себя…

Леон зашёл к в комнату сразу за мной и неловко топтался у кровати, где я рыдала в подушку, робко дотрагиваясь то до моего плеча, то до руки. Я же, словно одержимая демоном злости, невнятно рявкала на него, требуя оставить меня в покое.

Кончилась эта непонятная истерика тем, что Леон притащил в мою комнату мэтра Бертольда, рядом с которым неуверенно топталась Нинон, держа в руках влажное полотенце.