Чужой муж

 – Она махнула рукой на стопку книг на подоконнике. – Просто переложила.

– Конечно, полюбопытствовала? – едко усмехнулся Родион, представив, какую гору вранья ему придется сейчас наворотить.

Однако Лиля возмущенно подняла брови:

– За кого ты меня принимаешь? Я ни за что не стала бы читать чужие письма! Тем более от матери!

От матери?! А, ну да: на конверте в графе отправителя написано с трогательной ошибкой: «От Камышовой Веры Кондратьевны»…

Да ладно, главное, что Лиля не сунула нос в конверт, а думать – пусть думает все, что хочет!

– Ну, не будем из-за этого ссориться, – примирительно улыбнулся Родион и торжественно провозгласил: – За лучшую… нет, за самую лучшую хозяйку в мире!

Лиля, конечно, осталась довольна и даже пригубила приторно-сладкие «чернила».

Родион с удовольствием выпил до дна.

В это время в дверь постучали.

– Кто? – небрежно отозвался Родион, без особого, впрочем, беспокойства: явно опять соседи пришли чем-нибудь разодолжиться.

Однако из коридора раздалось грозное:

– Камышев, открывайте! Ребята! Проверка общежития!

Родион панически передал Лиле бутылку:

– Под стол, под стол!

– Кто это? – испуганно прошептала Лиля.

Впрочем, из коридора уже ответили:

– Комендант общежития! И декан ваш здесь!

Родион сделал Лиле страшные глаза и покорно открыл дверь. Лиля суетливо поправила воротничок блузки, одернула юбку.

Вошли двое.

Комендант общежития – женщина – отличалась необыкновенной толщиной. Стоявшего за ее широкой спиной мужчину в строгом костюме и очках разглядеть оказалось нелегко, насколько он был худ.

– Здрасьте, – пролепетала Лиля.

Комендантша, конечно, все студенческие уловки знала наизусть. Первым делом она взяла кружку Родиона и понюхала. Ехидная улыбка искривила ее губы:

– Так-так… нарушаем! – И обернулась к декану: – Вот, Александр Валерьевич, полюбуйтесь! Винцо попивают, кровати сдвинули… Ну и девки нынче пошли, а? Лезут и лезут! Мы их гоним, а они обратно! И в окно! И по пожарной лестнице! Ну чисто эквилибристы!

Лиля зажала рот рукой. Декан смотрел на нее с таким презрением! Больше всего она боялась, что у нее сейчас спросят фамилию и факультет. Тогда вся эта история дойдет до отца… И что он устроит, даже вообразить невозможно!

– А одна даже с крыши сползала! – продолжала разоряться комендантша. – Ни стыда, ни чести девичьей – ничего! Так кто ж вас замуж-то возьмет, а?!

– Камышев! – укоризненно протянул декан. – Я от вас такого не ожидал! Серьезный молодой человек. Спортсмен, общественник, комсомолец – и вдруг такое. Аморальное поведение!

– Подождите, Александр Валерьевич! – возмутился Родион. – Ну какое аморальное поведение? Это моя жена!

Комендантша расхохоталась:

– Докýмент покажь!

Понятно, какой «докýмент» ей был нужен.