Голые чувства

Но не раньше! И за этот месяц ты дашь мне возможность попытаться наладить с тобой отношения. Мы договорились?

— Да… — кивнула она.

— Отлично. Это всё, чего я прошу.

На этом замолчал, не зная, что еще сказать или сделать. Белоснежка с подозрением поглядывала то на него, то на дверь. Явно хотела, чтобы он убрался. Но уходить вот так Данил не хотел, не мог. Ему просто необходимо было получить хоть капельку ласки, без этого никак. Если бы знал вчера, что сегодня отлучат от тела, всю ночь бы ее из-под себя не выпускал.

— Договорились без секса, — пробасил он угрюмо, — но в щечку-то можно поцеловать? Такую малость позволишь?

Он пристально посмотрел ей в глаза, и Слада чуть заметно кивнула.

Хватов взял ее за руку чуть выше локтя и заметил, как Слада болезненно сморщилась.

— Что такое? Я сделал тебе больно? — спросил и начал задирать рукав ее футболки.

— Нет, мне не больно, не надо задирать… — пролепетала Слада.

Она попыталась опустить рукав, но Данил уже увидел на ее белой коже синяки от чужой руки.

— Кто?! — процедил сквозь зубы он.

— Ты обещаешь, что поверишь мне? — спросила Слада надтреснутым голосом.

— Сейчас всё как на духу говори!

Глава 49. Вера

Хватов нашел телохранителя Слады спокойно попивающим чай на просторной кухне особняка. А что, притащил девчонку домой чуть ли не на поводке — дело сделано, можно и чайку хлебнуть."

"У Данила чуть пар из ушей не повалил, когда Белоснежка рассказала ему о непростительной выходке человека, которого он, Данил, как раз и нанял, чтобы девушку защищать. Это же надо так просчитаться с выбором защитника для самого дорогого человека! А если бы Прохоров изнасиловал Белоснежку и потом принялся ее же шантажировать? Такие уроды на многое способны…

«Никогда бы себе этого не простил!» — скрежетал зубами Хватов.

— Добрый вечер, — кивнул он телохранителю.

Тот кивнул в ответ, попытался было встать, но хозяин показал жестом, что он может сидеть дальше.

Прохоров улыбнулся, потянулся к подносу за новым печеньем. Перед ним на столе как раз остывало несколько дюжин только что испеченных шоколадных человечков. От них по всей кухне плыл умопомрачительный аромат.

«Сладким балуешься, значит, долбоеб недоделанный! — прорычал про себя Хватов — Недолго осталось!»

Подошел поближе, сделал вид, что тоже хочет взять с подноса печенье, а сам от всей души замахнулся второй рукой и врезал Прохорову в челюсть.

В противоположном углу кухни закричала помощница повара, а сам повар вообще забежал за шкаф.

Хватов даже не заметил реакции персонала.